К 130-летию драматурга: в Петербурге издали неизвестные записи Евгения Шварца
Петербург готовится отметить 130-летие писателя Евгения Шварца. Его пьесы «Снежная королева», «Дракон», «Тень» и «Голый король» – золотой фонд отечественной драматургии. Сценарии «Золушка», «Дон Кихот» и «Каин XVIII» – сокровищница кинематографии. А ведь были еще и дневники. О них стоит поговорить отдельно.
Кочегарка и Сталинабад
В издательстве «Петрополис» вышел новый, шестой том сочинений Евгения Шварца. Изначально предполагалось, что серия будет состоять из десяти книг (каждая тиражом в тысячу экземпляров). Но научный редактор Елена Воскобоева, приступив к расшифровке дневников, довольно скоро обнаружила, что они займут не 1-2 тома, а намного больше. И было бы еще больше, если бы удалось восстановить те записи 1920-х годов, которые осторожный Шварц сжёг (хотя частично восстановил по памяти).
Но и без них редактор проделала титаническую работу, разбирая письмена, которые от года к году становились всё неразборчивее, потому что писатель страдал тремором рук. Пишущая машинка у него появилась только в 1947 году.
Шестой том сочинений описывает жизнь Шварца в Ленинграде. Родился он в Казани, в детстве жил в Майкопе, куда отца сослали за вольнодумство, а в Петроград приехал в 1921 году по приглашению Николая Гумилева. С покровительством ничего не получилось: пока Шварцы ехали в город на Неве, поэт был взят под арест. Из Ленинграда Шварц отправился в двухлетнюю командировку в Донбасс (в газету, которая называлась «Всероссийская кочегарка» и писала о быте шахтёров) и вернулся в Ленинград в 1924-м. Потом была война и эвакуация в Сталинабад вместе со всем театром Акимова.
Блокада снята!
В Ленинград Шварц с женой вернулись в 1945 году. Их квартира в писательском доме в Чебоксарском переулке сильно пострадала от обстрела, но соседи сохранили часть вещей. В том числе фарфоровую чернильницу, за что Евгений Шварц был им особо благодарен.
В писательском доме на углу Чебоксарского переулка и улицы Софьи Перовской жили Борис Житков, Вениамин Каверин, Борис Корнилов, Николай Заболоцкий. Мемориальная квартира оборудована только одна – в ней жил Михаил Зощенко, и в ней же проходят презентации всех томов Шварца. К слову, вместе с Зощенко Шварц написал одну из своих сатирических пьес против Гитлера. Это было еще до отъезда в эвакуацию.
Писать подробно о блокаде драматург поостерёгся. Да и воспоминания были слишком тяжелы: непрактичность Шварца была известна, и обворовывали его все – знакомые и незнакомые. Но с какой радостью он сообщал (в записи от 1 февраля 1944 года) долетевшую до Сталинабада весть: блокада снята. Потом были бытовые рассказы о том, как ходили по послевоенным улицам (и как они переменились), как работал в журнале «Костёр», как, готовя сценарий «Первоклассницы», встречался с реальными педагогами в Институте усовершенствования учителей. Но преподаватели были слишком измучены тяжелым бытом, чтобы отвечать на вопросы писателя.
Нашлось в дневниках место и шварцевскому коту, он, конечно, блокады не пережил. А вот после повторного вселения в дом писателя в семье появился новый кот, которому позже нашли пару – кошку поэта Всеволода Рождественского.
57 тетрадей
«Дневники – это 57 амбарных тетрадей, – рассказала Елена Воскобоева. – В шестой том поместились только две с половиной. Здесь же можно увидеть программку спектакля театра Деммени «Кукольный город». Это 1939 год».
Собрание сочинений иллюстрирует известный художник-карикатурист Виктор Богорад.
«Сначала я хотел сделать еще и портрет Шварца, состоящий из пазлов, – говорит Виктор Богорад. – Идею отвергли, но не всю. Теперь из пазлов сложена цепочка на обложке: она показывает, сколько томов вышло, сколько еще предстоит».
А эти картинки стоит увидеть. Например, мишень с глазом в разделе «Сатирические обозрения». Сатира Шварца не только в антивоенных пьесах, но, например, в рецензиях. Или обнаженного бородача в короне со скипетром, а наверху – спрятавшиеся в занавесе театральные маски, грустная и смеющаяся. Всё правильно, именно таким юмором, смешным и печальным одновременно, и запомнились нам эти пьесы. Творчество 1944 года иллюстрировано картинкой с московским Кремлем (писатель при возвращении в Ленинград задержался в столице) и парящим над нею Драконом...