Уж сколько их было на моей памяти этих «переименовывателей». И никто из них, кажется, не задумывается, что топонимика города – живая карта истории, которая отражает все вехи жизни Петербурга и связь с историей страны.

На этот раз о переименовании ряда улиц Северной столицы задумался депутат ЗакСа Петербурга Александр Малькевич. В своем канале он заявил, что в нашем городе по-прежнему существуют улицы, названные в честь людей, чья связь с Петербургом либо крайне сомнительна, либо отсутствует вовсе. И о том, что имена многих достойных ленинградцев-петербуржцев так и не появились на карте города. И если со вторым тезизом без сомнения можно согласиться, то первая часть вызывает не только сомнения, но и уже даже некоторое возмущение, потому что – ну сколько можно уже?

Опираясь на статью политолога Юрия Светова, Малькевич приводит сразу несколько улиц, названных в честь тех людей, чьи имена, по его мнению, не должны быть увековечены в топонимике Петербурга.

Улица Марата – в честь деятеля французской революции, который в Петербурге никогда не был.

Улица Костюшко – названа именем польского «национального героя», неоднократно позволявшего себе уничижительные высказывания о России.

Улица Белы Куна – венгерского революционера, причастного к массовым расправам в Крыму, репрессированного в 1938-м и по неизвестным причинам увековеченного в Петербурге в 1964 году.

Улица (и даже станция метро!) Дыбенко, которого в марте 1918 года обвинили в пьянстве, приведшем к беспричинной сдаче Нарвы германским войскам, что фактически открыло им путь на Петроград.

И отдельно почему-то парламентария возмутила улица на Крестовском острове, состоящая чуть ли не из одного дома, названная в честь участника восстания на броненосце «Князь Потемкин-Таврический» Вакуленчука.

Так как депутат апеллирует к Топонимической комиссии Петербурга, я спросила краеведа члена этой самой комиссии Алексея Ерофеева, о том, как он относится к таким предложениям.

Он напомнил, что улица Марата, так возмущающая депутата, носит это название с 1918 года. Название ей было присвоено специальной комиссией, которая занималась тем, что убирала с городских улиц названия, связанные с царизмом.

«По ленинскому плану монументальной пропаганды нужно было устанавливать памятники людям, которые пытались изменить этот мир в лучшую сторону, к добру, к справедливости, к равенству, к братству. И не обязательно эти люди должны были жить в России или в Петербурге, поэтому улицы называли как в честь наших деятелей, так и в честь зарубежных. И без Марата, без Робеспьера обойтись не могли. Поэтому проспект 27 февраля, который так назван был весной 1917 года, превратился в улицу Марата. Что касается Костюшко... Да, он, скажем так, по сегодняшним меркам не вполне наш герой, но я напомню, что в годы Великой Отечественной войны у нас воевала дивизия имени Костюшко против фашистов, от этого мы тоже никуда не денемся», – подчеркнул Ерофеев.

Что касается некоторых персонажей революционного времени, как, например, Дыбенко, краевед напомнил, что это новые улицы.

«Они получили название в честь тех, кто готовил Октябрьскую революцию, кто тоже причастен к созданию Советского государства, потом они оказались врагами народа, затем были реабилитированными, и когда строился новый район, их имена увековечили», – пояснил Ерофеев.

Название улицы Вакуленчука, который убил во время восстания лейтенанта Неупокоева, по словам краеведа, тоже появилось неслучайно. В 1939 году он считался героем. И улица получила свое название ко Дню Военно-Морского Флота Красной Армии.

«Тогда ряду улиц дали названия в честь моряков, которые участвовали в каких-либо восстаниях. Это мог быть «Очаков», мог быть «Потёмкин», потому что они тоже были борцами за свободу. И сегодня подходить с политическими лекалами ко всем героям – это неправильно, потому что начнётся опять переименовательная чехарда, какой она была в 1918, 1923 году, в первые годы Советской власти, когда оценивали именно только по принадлежности к царизму, лоялен был человек или он воевал против царизма. Это очень неправильно, это так же, как стирать, скажем, с картин каких-то персонажей, поскольку в годы репрессий они оказались врагами народа», – добавил Ерофеев.

Как пример, он привел смену архитектурных стилей: на место барокко пришёл классицизм, потом настала эпоха ампира, затем пришло время эклектики, далее – модерн, конструктивизм и так далее. И следы всех этих стилей остаются в городе.

Так и с историческими личностями, имена которых носят улицы Петербурге.

«Если улица носила прежнее название, возможно вернуть исторически ценное наименование. Если нет, то она должна оставаться таковой, как, например, улица Дыбенко или та же улица Костюшко. Иначе чем вы от большевиков отличаетесь? От тех вот радикальных, которые «давайте все уберём царское, разобьём памятники и прочее», – отметил краевед.

Что же касается улицы Марата, то ведь и она уже вошла в культурную историю города. Та же знаменитая песня Розенбаума тому подтверждение.

Так что, может, уже оставим в покое привычные всем названия, а вот улицам в новых районах – даешь достойные имена!