Яндекс.Метрика
  • Юлия Николаева

«Нам привезли 80 килограмм дранки из бараков, где жили заключенные»: в музее-квартире Льва Гумилева – об экспонатах новой выставки

Он откроется 1 октября после длительного ремонта
Фото: vk.com/lngumilevmuseum

В день рождения ученого-тюрколога, большого историка, философа и литератора Льва Николаевича Гумилева в музее-квартире его имени открывается обновленная экспозиция. Сын Анны Ахматовой и Николая Гумилева – человек сложнейшней судьбы, он прошел четыре ареста, два лагерных срока, войну и не утратил главной мечты – служить науке. Кандидатскую диссертацию Гумилев защитил, работая библиотекарем в сумасшедшем доме, а 30 тетрадей рукописи об истории Срединной Азии, составившей основу будущей докторской диссертации, написал в заключении. Особое место занимает его теория пассионарности и энтогенеза, до сих пор вызывающая споры и дискуссии.

«Людей окружают различные природные системы, среди которых управляемые – редкость. Но многие неуправляемые явления предсказуемы, например, циклоны, землетрясения, цунами. Они приносят бедствия, которые нельзя полностью предотвратить, но уберечься от них можно. Вот почему нам и нужны метеорология, сейсмография, геология и гидрология. Этнология подобна этим наукам. Она не может изменить закономерностей этногенеза, но может предостеречь людей, не ведающих, что творят», – писал он.

В конце жизни сбылась мечта учёного – в 1989 году он получил двухкомнатную квартиру на Коломенской улице. После его смерти мебель и обстановку бережно хранила его вдова, Наталья Викторовна Гумилёва-Симоновская. По её завещанию вся квартира перешла в дар музею Анны Ахматовой в Фонтанном доме.

Квартира из дранки

О жизни Гумилева на «тихой бестрамвайной улице», взаимоотношениях с матерью, а также о том, как удалось, несмотря ни на что, сохранить память об отце, расскажет 1 октября Марина Писаренко во время бесплатной экскурсии.

Некоторыми деталями новой экспозиции старший методист музея согласилась поделиться с читателями «Петербургского дневника».

«Часть квартиры – кабинет Гумилева, кухня, коридор сохранились с эффектом присутствия, в спальне разместилась выставка Никиты Сазонова, которая называется «По линии наибольшего сопротивления». В свое время Николай Гумилев говорил: «Если вы хотите достигнуть чего-то в жизни, всегда идите по линии наибольшего сопротивления, – рассказала специалист. – Долго думали, как сделать выставку визуально: все документы находятся в старых петербургских столах. Притом они не стилизованы, это настоящие антикварные столы петербургской интеллигенции, мы бросили клич, и нам отдали ящики столов».

Наверху – настоящая петербургская крыша от старого дома, в ней сделаны пулевые отверстия, которые складываются в единый рисунок небосклона – там есть и созвездие Девы, и созвездие Льва, и кусочек расстрельной стены. В этих отверстиях можно увидеть старинные фотографии.
Но самое интересное привезли издалека. Норильский музей передал восемьдесят килограммов дранки – коры деревьев, которой пытались утеплить бараки. В одном из таких жил Лев Гумилев.

«На месте Норильска раньше была тундра. Туда привезли с берегов Енисея первую партию зеков, часть с Беломорканала – тех, кто выжил. Среди них были крупный фантаст Сергей Снегов и Лев Гумилев, – рассказала собеседница «Петербургского дневника». – Первые бараки ставили они. Когда там находишься, совершенно непонятно, как они выжили. Их привезли в летней одежде в августе. И только в октябре поставили первые два барака».

Временные жилища пришли в негодность, и музей-квартира Льва Гумилева приняла облицовку в дар. Теперь одна стена стилизована под барак, там есть окна с ржавыми углублениями и работами Гумилева.

Музею нужны экспонаты

В последние годы очень часто поднимается вопрос о создании музея Николая Николаевича Гумилева в Санкт-Петербурге. С такой просьбой на прямую линию президента обращалась глава Гумилевского общества Ольга Медведко. Но есть объективная реальность – отсутствие экспонатов.

«Всё уничтожено, чудом сохранились какие-то крохи, конечно, можно создать некий абстрактный музей расстрельного поэта, прошедшего Гулаг, но это нельзя будет назвать музеем Николая Гумилева, – отметила Марина Писаренко. – Большая часть коллекции его работ хранится в Кунсткамере, но это не о нем, а то, что он собирал в Африке».

В музее есть черно-белая фотография Николая Гумилева, которую сохранила близкий друг семьи Ида Наппельбаум. К слову, её отец, фотограф Моисей Наппельбаум, создал целую портретную галерею поэтов и писателей. Но после «таганцевского дела» за хранение фотографий Николая Гумилева могли не только репрессировать, но и расстрелять.

«Поэтому всё, что было связано с Николаем Гумилевым, было уничтожено, это могло стоить жизни. А Ида Наппельбаум сохранила негатив и отдала его Льву Гумилеву, – заметила экскурсовод. – Уже в сталинский террор она пострадает за сохраненные негативы, и ей дадут 10 лет лагерей, и спасет её только смерть Сталина. Но она выйдет инвалидом».

Закрыть