Петербуржцам рассказали, как Российский олимпийский комитет работал во время Февральской революции
В этом году отмечается 115-летие со дня создания Российского олимпийского комитета (РОК). Новым этапом реорганизации структуры спортивного руководства страны стала Февральская революция.
В 1916 году, несмотря на продолжавшуюся мировую войну, для спортивной России наметилось возвращение к привычному графику соревнований. Удалось провести чемпионаты страны по легкой и тяжелой атлетике, борьбе и боксу, конькобежному и лыжебежному (тогда так называли лыжные гонки) спорту, хотя, конечно, далеко не все сильнейшие смогли принять в них участие. Состоялось несколько междугородных футбольных и хоккейных матчей с участием сборных Москвы, Петрограда, Гельсингфорса, Ревеля, Киева и других спортивных центров. Общества, кружки и лиги продолжали участвовать в деятельности военно-спортивных комитетов. Они проводили занятия для допризывников, но сделать это движение по-настоящему массовым так и не удалось.
Большую часть тех, кто проходил подготовку, составляли учащиеся. Кардинальные изменения в управлении российским спортом начались после Февральской революции 1917 года. Выяснилось, что «при прежнем режиме» развитие спорта всячески «тормозилось бюрократическими проволочками», которые насаждались Канцелярией главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения Российской империи, а уж в «новой свободной России» оно должно пойти семимильными шагами. Глава «министерства спорта» генерал-майор Владимир Воейков, как дворцовый комендант и начальник свиты Николая II, был арестован и помещен в Трубецкой бастион Петропавловской крепости, где содержался до 17 сентября. Уполномоченным от Временного правительства по делам допризывной подготовки и физическому развитию стал его помощник – Вячеслав Срезневский. 26 марта 1917 года под председательством Артура Макферсона состоялось совещание петроградских спортсменов, представителей союзов и лиг, созванное по инициативе Вячеслава Срезневского, Александра Шутова и Георгия Дюперрона.
Обсуждали положение спорта «в связи с событиями» и порешили созвать 30 апреля общее собрание Петроградского и Российского олимпийских комитетов. Не сидели сложа руки и в Москве, где параллельно был объявлен съезд представителей союзов, лиг и комитетов для обсуждения вопросов, связанных с реорганизацией постановки спорта и физического развития в стране.
И всё же первенство в этом вопросе осталось за столичным Петроградом. На собрании обсуждалось, нужно ли в России центральное учреждение, ведающее делами физического развития и спорта, и какие организации должны управлять спортом на местах. Выступающие клеймили «старый режим, навязавший нашему молодому спорту канцелярию генерала Воейкова (якобы наблюдающую), и допризывную подготовку» как не имеющие ничего общего со спортом.
Решили, конечно, что центральный орган нужен во главе с управляющим делами физического развития и спорта и распорядительным комитетом из числа представителей спортивных организаций и органов власти. Кроме того, задумали создать Всероссийский спортивный союз, который стал бы совершенно самостоятельным и независимым.
Разработку вынесенных предложений поручили особому комитету, в который вошли председатель Петроградского олимпийского комитета Георгий Дюперрон, секретарь Петроградской лиги легкой атлетики Георгий Менде, секретарь правления Всероссийского союза легкой атлетики Николай Мещерский, член комитета Всероссийского союза лаун-теннис-клубов Алексей Рафалович и Вячеслав Срезневский.