В России 17 октября отмечают День участкового терапевта. Это врач, к которому мы идем в первую очередь, и от его внимания во многом зависит наше здоровье. В интервью «Петербургскому дневнику» участковый терапевт городской поликлиники №71 Колпинского района Елена Лещенко рассказала, какой опыт приобрела, работая в гарнизоне, и почему способность к самоотдаче – обязательное качество для терапевта.

Терапевт – это призвание

– Елена Викторовна, почему вы решили стать врачом?

– У меня никогда не было сомнений, что я стану врачом. С детства все кошечки, собачки, птички становились моими пациентами, я их обследовала и лечила. У меня было много игрушечных фонендоскопов, шприцов. Родители видели, к чему у меня лежит душа, и поддерживали. Так что передо мной никогда не стоял вопрос, кем быть.

– А как вы поняли, что терапия – это ваше призвание?

– Знаете, я часто говорю, что участковый терапевт – это диагноз. Имею в виду, что от этой профессии уже не уйти, даже если появляются другие варианты. А они у меня были, например, предлагали работать врачом на заводе. Но я осталась верна своему пути. Наверное, потому что рядом с пациентом чувствую себя на своем месте.

– Врачей вашей специальности часто называют универсалами. Как им стать?

– Самой главной школой жизни стала работа участковым терапевтом в военном гарнизоне. Там я провела в общей сложности 25 лет. В отдаленном уголке волей-неволей становишься врачом на все случаи: сегодня ты хирург, завтра – терапевт, послезавтра – лор. Никого другого рядом просто нет. Мы, врачи с большим стажем, иногда говорим, не в обиду узким специалистам, что во многих ситуациях справились бы и сами.

– Без каких качеств в эту профессию лучше не приходить?

– Без способности к самоотдаче и без любви к пациентам. И в большинстве случаев пациенты отвечают тем же на сто процентов. За годы работы в поликлинике через меня прошло несколько поколений. Приходя в семью, я видела маленьких детей, они росли, а потом становились моими пациентами. И это продолжается. Многие для меня уже почти родные люди. Они делятся со мной сокровенным, рассказывают о своей беде, спрашивают о моей семье, знают о моих детях. В этом и есть та самая обратная связь между пациентом и врачом. А если ее нет, идти в участковые терапевты не стоит.

В ковид работали как одно целое

– Какой рабочий день оказался самым длинным?

– Самые длинные дни пришлись на ковид. Мы с медсестрой уходили, когда приходил сторож поликлиники и говорил: «Девочки, мне пора спать». Начинали в девять утра, а заканчивали около часа-двух ночи, потому что нужно было обработать все вызовы.

Сейчас, конечно, полегче. В обычный день у меня около 32 пациентов по записи. Но приходится принимать и тех, кто не смог записаться, – врачей не хватает. В среднем получается 37-40 человек в день. И тут очень помогает медсестра Анна Сергеевна Руденко: мы с ней в одной связке, она профессионал своего дела и просто человечище.

– А что помогло вам выдержать нагрузку во время пандемии?

– Сложно сказать, что именно помогло. Мы и сейчас, вспоминая те годы, говорим: «Наверное, мы бы сейчас этого не вынесли». Но тогда мы были собранны и работали как единое целое. Наверное, именно это и помогло – то, что мы с медсестрой были командой.

– Расскажите о случае, когда ваша помощь действительно спасла человеку жизнь.

– Помню один из первых своих вызовов в поликлинике. Молодой человек, чуть за тридцать, жаловался на неустойчивое давление. Когда-то в результате неудачного прыжка в реку с моста он получил перелом шейного отдела позвоночника и полный паралич. С тех пор он был прикован к постели.

Во время нашего разговора у него остановилось сердце. Я в таких стрессовых ситуациях действую быстро и решительно, а пугаюсь потом. Рядом была его девушка, тоже спинальница, но она передвигалась на костылях. И мы вдвоем начали делать непрямой массаж сердца и искусственное дыхание.

Когда приехала скорая, жизненные функции парня восстановились. Врачи нам даже не поверили, что мы смогли его реанимировать без специального оборудования. Когда пациента везли в больницу, у него случилась повторная остановка, и за его жизнь снова боролись. Об этом я узнала уже от его мамы. Потом он пролечился, выписался. После той истории прожил еще шесть лет.

– А какие слова или выражения вы используете, чтобы успокоить человека, который к вам пришел?

– Иногда просто прошу посмотреть на меня. Пациент поднимает глаза, концентрируется, и мы начинаем нормальный разговор. В другой раз говорю в шутку: «Я сегодня пациентами не питаюсь». Люди сразу улыбаются, и контакт находится как-то сам собой.

А еще у нас на стене висит плакат: «Самый лучший день сегодня». И поверьте, пациент смотрит на него, читает эти слова и расслабляется. Дальше начинается просто беседа: человек рассказывает, что его тревожит и какие у него проблемы.

Каждый осмотр – это творчество

– Интернет сегодня доступен каждому, и пациенты нередко ставят себе диагнозы сами. Как на это реагируете?

– Ругаюсь и прошу не оценивать по интернету показатели своих анализов. Говорю им: лучше придите лишний раз ко мне, я всегда отвечу на ваши вопросы. У многих пациентов есть мой телефон. Для меня нет понятия «выходной», «отпуск», «вечер» или «ночь», они могут позвонить в любое время и спросить совета. Но все равно есть такие люди, которые идут за ответом в интернет.

– А лично вам искусственный интеллект помогает в работе?

– Интернетом иногда пользуемся, но избирательно. Мы находимся далеко от Петербурга и от узких специалистов, поэтому многие вопросы приходится решать на месте. Бывает, соберемся с коллегами, подключим интернет, посмотрим на пациента и только так сообща понимаем, куда его дальше направить.

– Вы в профессии уже много лет. Что, на ваш взгляд, изменилось в медицине за последнее время?

– Честно признаюсь: я врач старой формации. И я бы вернула бумажные карты, потому что каждая запись, каждый осмотр – это творчество. В тех картах, которые были раньше, действительно видно, что и как у пациента. Сейчас из-за нагрузки и нехватки времени очень часто приходится пользоваться шаблонами. Это неудобно и не приносит удовлетворения.

– Ваши коллеги сетуют на нехватку кадров. Как вы думаете, почему молодые специалисты не идут в участковую службу?

– Терапевтов не хватает, это правда. И я не хочу обидеть молодых специалистов, но причины разные. Первая – не все могут вписаться в участковую структуру. Бывает, приходят врачи даже без элементарного набора знаний. Вторая – нагрузки очень большие. А молодежь видит, что в частной клинике и почет, и внимание, и зарплата выше. Поэтому многие уходят в частную медицину. Но очень хочется, чтобы ситуация изменилась в лучшую сторону и к нам приходила замена.

По работе скучаю даже в отпуске

– Приближается сезон гриппа и ОРВИ. Что бы вы посоветовали петербуржцам для профилактики и укрепления иммунитета?

– В первую очередь вакцинацию. Это не громкие слова и не чей-то приказ, мы видим результат на деле. Прививка от гриппа и пневмовакцина реально работают: пневмоний у пожилых стало значительно меньше. Второй момент – всегда пользоваться маской в поликлинике. Особенно если больны. К сожалению, не все пациенты это понимают: приходят без маски, а рядом сидят беременные, онкологические больные, подростки.

И третье: в осенне-весенний период мы всегда рекомендуем поливитаминные комплексы. Они помогают справляться с инфекцией. Есть и препараты, которые повышают иммунитет и не дают перенести вирусную инфекцию тяжело. Но любое такое средство нужно принимать только после консультации с врачом.

– О чем вы мечтаете как врач?

– О том, чтобы как можно дольше оставаться в профессии. Я даже в отпуске скучаю по работе, хотя у нас бывают сумасшедшие дни.