С программы «Серебряный венок петербургских вальсов» в Яани Кирик стартовал четвертый фестиваль современной музыки «Петербургские дожди». В финале прозвучал «Вальс Рондо», написанный художественным руководителем проекта, председателем Союза композиторов Санкт-Петербурга Антоном Таноновым. Перед началом концерта в беседе с «Петербургским дневником» он рассказал, зачем в эпоху нейросетей слушать живую музыку, почему вальс до сих пор остается проверкой мастерства композитора и что общего у его музыки с фильмом по сценарию Тарантино.

– Антон Валерьевич, зачем простому слушателю идти на фестиваль современной музыки?

– Я думаю, что современная музыка – это один из видов искусства, который позволяет в эпоху отформатированного сознания, социальных сетей и новостей, созданных нейросетями, прикоснуться к живому источнику творчества, созданному нашими современниками. И для нас очень важно, чтобы у слушателей, когда они видят человека, выходящего на сцену и кланяющегося, не возникало вопроса, кто это. Чтобы профессия композитора ощущалась как живая, чтобы в нашу цифровую эпоху создавались вальсы, писались оперы, чтобы музыка звучала не только с экранов телевизоров, но и из концертных залов. И очень важное место в нашем фестивале занимает тема молодежи. Потому что если мы не видим молодых глаз и лиц в концертном зале, то у нашей музыки нет будущего. Поэтому в этом году открывается новый проект «Молодая филармоника России», посвященный исполнению симфонической музыки студентов, аспирантов и недавних выпускников консерваторий. Те, кто придет на концерт – а зарегистрировались, кажется, уже все, – смогут услышать, как звучит завтрашний день. Какие темы волнуют современных композиторов, как они шутят, как они плачут, чему они смеются.

– Программа фестиваля начинается именно с вальса?

– Вальс – это такая лакмусовая бумажка профессионального композитора. Потому что это, наверное, один из самых академических танцев, который дожил до наших дней. Концертная программа «Серебряный венок петербургских вальсов» объединяет вальсы петербургских композиторов девятнадцатого, двадцатого и двадцать первого веков. И есть возможность проследить, как этот жанр трансформировался. А с другой стороны – композиторам сегодняшнего дня не прятаться за огромным количеством технических новшеств, а написать красивую мелодию, сделать блестящую оркестровку и поймать, можно сказать, ускользающую вуаль, движение вечно молодого вальса.

– Вы тоже написали вальс для этой программы, как он называется?

– Он называется «Вальс Рондо». Это вторая часть моего дивертисмента для симфонического оркестра. Этот вальс представляет собой жанровую модуляцию. Что такое жанровая модуляция? Термин сложный. Смотрели, наверное, фильм по сценарию Тарантино «От заката до рассвета»: начинается он как детектив, а потом переходит в триллер. Вот и мой вальс начинается просто как вальс, а потом там звучит и канкан, и свинговый джазовый оркестр, и затем все возвращается в вальс. Мой «Вальс Рондо» прозвучит в финале всего концерта.

– Фестиваль продлится две недели и охватит разные площадки, от Яани Кирик до ЛДМ. Как вы выбираете залы для концертов?

– Мы обожаем занимать новые пространства современной музыкой. В этом году для нас абсолютно новое пространство – Академия имени Штиглица. Дубовый зал Союза композиторов – это наша родная площадка, традиционно там проводим концерты. А для гала-концерта, который завершит фестиваль, мы выбрали театр «ЛДМ. Новая сцена», потому что он как никакой другой подходит для идеи этого концерта. Это тоже уникальный проект. Гала-концерты обычно посвящены классике: итальянской, русской, немецкой опере восемнадцатого-девятнадцатого веков. А уже двадцатый век – это не про гала-концерты, двадцать первый – вообще новшество, никто такого никогда не делал. И поэтому яркие интерьеры театра, специализирующегося на мюзиклах, – все это вместе создает необходимый фон для того, чтобы наша программа прозвучала максимально актуально.

– Акустика во всех залах вас устраивает?

– Петербург – это, наверное, столица акустически совершенных залов. Но попасть в них очень сложно. Большой и Малый залы филармонии, Академическая капелла, концертный зал Мариинского театра – они все совершенно разные, и я ни в коем случае не расставляю их по местам. И вот в Капелле состоится замечательный концерт «Голоса России». К нам приезжает симфонический оркестр «Новая музыка» из Казани под управлением Анны Гулишамбаровой. Он состоит из молодых музыкантов, которые будут играть современную музыку композиторов Татарстана и Санкт-Петербурга. Этот концерт, как и весь фестиваль, посвящен, с одной стороны, Году культуры Петербурга, а с другой – единству народов России. Поэтому мы и объединяем абсолютно разные школы.

– Почему фестиваль называется «Петербургские дожди»?

– «Петербургские дожди» – это образ, который отражает романтическую суть фестиваля. И Глинка, и Чайковский, первый выпускник нашей консерватории, сочиняли музыку под аккомпанемент петербургских дождей. И этот аккомпанемент не только не мешает, он вдохновляет на создание шедевров.

– А что самое сложное в организации фестиваля?

– Безусловно, организационные сложности есть всегда. Но как только я знакомлюсь с партитурами, которые композиторы специально пишут для фестиваля, как только вижу, сколько счастливых глаз придет посмотреть и послушать музыку, все сложности уходят на второй план. Конечно, сейчас фестиваль расширяет географию. Первый – это была музыка петербургских композиторов. Сейчас уже панорама композиторских школ России. Надеюсь, что в будущем фестиваль получит статус международного.

– Если бы вы могли предложить только одну композицию, которую стоит услышать каждому петербуржцу, что бы это было?

– Слушатели любят слышать что-нибудь уже знакомое. И, конечно же, Союз композиторов Санкт-Петербурга в первую очередь рифмуется с именем нашего великого композитора Андрея Павловича Петрова. Поэтому погружение в матрицу фестиваля я бы начал с вальса Андрея Павловича Петрова. Причем любого вальса, каждый по-своему гениален.

– Какой вопрос вам никогда не задавали журналисты, но вам бы хотелось на него ответить?

– Переслушиваю ли я записи после того, как фестиваль завершился и мы делаем цифровой альбом? Такое действительно бывает, обычно перед сном. Иногда даже делаю мастеринг, вношу корректуру. А в чем особенность музыки? С одной стороны, это машина времени, которая может перенести нас в любую эпоху. А с другой – записная книжка, которая хранит наши эмоции. Поэтому я с удовольствием переслушиваю и заново погружаюсь в пучину «Петербургских дождей».