В корпусе Бенуа Русского музея показали шедевр Ивана Айвазовского «Девятый вал». Картина отсутствовала в экспозиции несколько месяцев. После завершения комплексной научной реставрации она займет почетное место на масштабной юбилейной выставке, посвященной 210-летию со дня рождения великого художника.

Народное произведение

Созданный в 1850 году «Девятый вал» уже более 120 лет занимает одно из центральных мест в постоянной экспозиции Русского музея. В собрание музея картина поступила в 1897 году. За всё это время она практически не подвергалось серьёзным реставрационным вмешательствам, проводились лишь локальные консервационные и профилактические работы.

Реставраторы, в зоне внимания которых полотно находилось постоянно, отметили, что состояние грунта и красочного слоя постепенно ухудшалось: увеличивались зоны кракелюра, появлялись новые изломы и локальные отслоения живописи. Поэтому было принято решение провести полную комплексную научную реставрацию.

«Это картина, которую знает каждый человек в нашей стране. Она, с одной стороны, представляет во всей красоте, изысканности и мощи академическую русскую живопись. А с другой – воспринимается людьми как абсолютно народное произведение, потому что каждый его знает. Мы доверили реставрацию такого прославленного полотна нашим ведущим специалистам экстра-класса – Ольге Клёновой и Марату Дашкину», – рассказала генеральный директор Русского музея Алла Манилова.

По словам заведующего отделом реставрации станковой масляной живописи Марата Дашкина, самые проблемные места появились там, где художник накладывал много краски, и она начала расслаиваться. Сам же список озвученных им работ оказался настолько велик, что даже простое их перечисление заняло бы немало места. Поэтому назовем лишь основные. Это местное укрепление, работа с лаковым покрытием, корректировка тонировок.

Реставраторы уделили внимание и другим картинам Айвазовского.

«К предстоящей выставке все картины прошли осмотр. Они находятся в удовлетворительном состоянии. Поэтому мы провели только профилактические мероприятия», – поделился Марат Дашкин.

100 фрагментов

Особенность работы над «Девятым валом» состояла в том, что нужно было отреставрировать его аутентичную историческую раму. В отличие от самой картины, она нуждалась в основательном «лечении».

Заведующий сектором научной реставрации золочёной резьбы Виталий Копяков рассказал, что в основе всего лежали научные исследования и архивные изыскания.

«Нам пришлось немножко покопаться в архиве и благодаря научным сотрудникам найти фотографии этой рамы до 1897 года и фото 1967 года. Для нас была важна фиксация каждого отдельного фрагмента, который предстояло реставрировать», – признался специалист.

В ходе реставрации рамы мастера восстановили более 100 утраченных фрагментов резьбы размером от 1 до 65 сантиметров. Все элементы заново вырезались из липы по сохранившимся образцам, покрывались традиционным грунтом и сусальным золотом.

Особый символизм

Отметим, что реставрация картины шла практически на глазах посетителей музея. И пусть картины не было на ее привычном месте, зато все желающие могли наблюдать за процессом ее восстановления через стекло.

По словам Аллы Маниловой, никаких сомнений в том, что реставраторы Русского музея блистательно справятся с возрождением «Девятого вала», ни у кого не было.

«Это полотно для Русского музея – то, что лежит у сердца. Потому что это один из первых шедевров отечественной живописи, который оказался в музее ещё до его официального открытия. И через несколько месяцев исполнится 130 лет, как она находится в Русском музее», – отметила руководитель.

Она сообщила, что мощным стимулом для принятия решения о реставрации «Девятого вала» стала подготовка к грандиозной выставке Айвазовского, которая откроется уже 16 октября. Ее бесспорным украшением и станет «Девятый вал».

«Посмотрите, как свежо сегодня выглядит картина. Посмотрите на цвета, на небо, на облака. Она даже стала какой-то более оптимистичной, потому что у Айвазовского здесь много смыслов.

Главный символизм этой картины в том, что даже девятый вал не означает конец. Это всё равно победа человека над стихией. В этом, мне кажется, главный пафос этого произведения, в котором сошлось всё – и драматургия сюжета, и живописное мастерство», – подытожила Алла Манилова.