Слово «снег» в песне не станет доказательством пропаганды наркотиков, а десяток безобидных намеков уже может вызвать вопросы у эксперта. Как отличить художественный образ от запрещенного смысла и почему даже замаскированные слова не помогут обвести проверяющего вокруг пальца, сообщил РИАМО лингвокриминалист Ангелина Ивахно.

«Как такового списка запрещенных слов у эксперта нет, иначе под подозрение попала бы половина песен про снег, соль, траву, скорость и т. д. Но это если мы говорим только о наркотиках. Когда мы анализируем текст, мы ищем не отдельные слова, а определенные маркеры. И вот поиск этих маркеров, в отличие от поиска слов через Ctrl-F, это намного более обширная работа. В запросе по одному делу тебе достаточно найти 3 маркера, а по другим делам и 10, и 20, а то и больше. То есть мы не ищем какие-то определенные слова, чтобы сказать, «ага, это слово здесь есть, значит, все плохо», – заявила Ивахно.

Что касается отличия художественного описания употребления наркотиков от его романтизации, тут эксперт смотрит, с чем употребление связано в тексте, например, с удовольствием или успехом, творческой свободой, популярностью, принадлежностью к «своей стае», что особенно актуально для людей, которые не могут найти свое место в жизни и в социуме. Тут даже не обязательно восхвалять вещества, достаточно просто сказать, что их употребление является делом таким безопасным, нормальным, и это станет «красным флагом» для специалиста.

Слово «снег» чаще всего – это про атмосферные осадки, а иногда – про «запрещенку». Но по одному слову понять замысел автора невозможно, уточнила лингвокриминалист. Для этого нужно проанализировать ближайшие слова, сюжетную ситуацию, посмотреть, как развивается тема, какие образы повторяются. То есть сложить все в единую картину.

«Кстати, если у песни есть клип или другое визуальное сопровождение, например, обложка, то при широком подходе это тоже можно изучить. Затем мы проверяем, какое значение поддерживает именно контекст: буквальное (зимнее), связанное именно со снегом как таковым, или жаргонное, связанное с наркотиками. Для этого можно использовать словари жаргона. Но вообще обязательно учитывать примеры употребления слова в реальной речи. То есть если слово не внесено в словарь как что-то плохое, это еще не значит, что эксперт скажет, что оно нейтральное, потому что употребление слова в живой коммуникативной среде – это тоже очень важно», – сказала Ивахно.

Если слово специально написано с ошибкой, заменено цифрами или разбито символами, экспертиза все равно его распознает, рассказала лингвокриминалист.

«Если вы изменили слово так, чтобы оно все равно осталось понятным другим людям, то эксперт, конечно, тоже, скорее всего, его считает. Если вы зашифровали слово так, что его не понимает вообще никто, то, возможно, для эксперта оно будет выглядеть тоже как абракадабра. Разница в том, что обычный человек может пройти мимо, а эксперт может заметить какой-то намек, и если захочет, может покопаться, изучить контекст, сопоставить буквы, цифры, проверить возможное звучание, сопоставить звучание в других языках, варианты употребления и так далее», – заявила Ивахно.

Но эксперт-лингвист анализирует распознаваемые языковые единицы. Он не взламывает какие-то сложные шифры как в фильмах о шпионах. Если для восстановления текста требуется полноценная дешифровка, то это уже вообще другая задача и вообще другой вид исследования, не входящий в сферу деятельности этого специалиста.

Ранее Ивахно объяснила, как работает цензура в российских песнях.