В человеческой жизни 85 лет – это три, а то и четыре поколения. Но участники Таллинского перехода еще живы. Лариса Смирнова – одна из них. Правда, все, что происходило тогда, она знает со слов мамы: сама была слишком мала, чтобы помнить.

Лариса родилась в марте 1941 года. Отец – капитан-пограничник Илия Корогодский, начальник одной из застав на западных рубежах Советского Союза. Отступая под ударами немцев вместе с Красной армией, он с женой Марией Гультяевой и шестимесячной дочерью в конце августа 1941 года оказался в Таллине. И принял решение, казавшееся на тот момент единственно верным: посадить семью на один из пароходов, отправлявшихся в сопровождении сил Балтийского флота в Ленинград.

ТРУДНЫЙ ПУТЬ

Как вспоминает Лариса Ильинична, прощание на причале в порту Таллина было последним в их с мамой жизни свиданием с отцом. В 1942 году семья получила на него похоронку.

«Все, что происходило потом, я знаю со слов мамы, – говорит Лариса Смирнова. – Она рассказывала, что море было красным от пожаров на тонущих судах. И наш пароход – я не помню его названия – подорвался на мине. Слава Богу, нас тогда не бомбили и не возникло пожара. Просто судно медленно уходило под воду. Поэтому экипажу удалось спустить на воду шлюпки и в первую очередь посадить в них женщин и детей, которые были на борту».

Так молодая женщина с полугодовалым ребенком на руках оказалась на острове Гогланд. Они смогли захватить с собой с тонущего парохода лишь маленькую сумку с документами. В дни Таллинского прорыва на Гогланде разместился отряд легких сил под командованием капитана 2-го ранга Ивана Святова. Моряки спасли тысячи людей с тонущих кораблей. Их старые тельняшки стали пеленками для маленькой Ларисы.

Через несколько дней молодую женщину с дочкой перевезли на катере в Ораниенбаум. Тогда еще ходили пригородные поезда: железную дорогу немцы перерезали только 12 сентября. Так Лариса с мамой оказались на Балтийском вокзале, откуда на трамвае отправились домой – в свою комнату в квартире на улице Добролюбова. В Ленинграде они провели всю блокаду.

О той поре воспоминания у Ларисы Ильиничны сохранились отрывочные. Помнит, как ее кутали зимой, когда в намотанных на детей платках оставляли только небольшую щель, чтобы они могли видеть. Помнит, как ходили с мамой на Неву за водой и Ларисе тоже давали маленький бидончик.

ПОСЛЕ ВОЙНЫ

«Даже когда закончилась война, жили мы тяжело, – рассказывает Лариса Ильинична. – Мама вынуждена была подрабатывать, чтобы сводить концы с концами. Домой приходила усталая и поздно. Так что большую часть времени, когда уже пошла в школу, я была предоставлена сама себе. У нас была своя компания. Типичная дворовая шпана послевоенного времени. Собирались на лестницах, чердаках, в подвалах, лазали по дровяным сараям, стоявшим во дворах. Но мы умели постоять за себя, защитить товарища, не терпели предательства».

Когда ребята повзрослели, каждый пошел своим путем. Пока приятели развлекались, Лариса бегала в Эрмитаж по бесплатным абонементам.

«Одна, через два моста, в любую погоду, – вспоминает Лариса Ильинична. – А пока мы ходили по музею и слушали лекции, работники гардероба развешивали наши пальто вокруг стоявших там печек. Приходила пора собираться домой – надевали теплое и сухое. Еще ходила в шахматный клуб Чигорина на Желябова».

После семилетки Лариса пошла в школу фабрично-заводского ученичества при фабрике имени Володарского. Одновременно поступила на вечернее отделение техникума. Выучилась на технолога швейного производства. Заочно поступила в институт на инженерно-экономический факультет. Работала в оборонной промышленности. Была начальником отдела труда и заработной платы «Экрана» – огромного объединения со штатом в десять тысяч человек.

Потом были аспирантура, защита диссертации, преподавание в Финансово-экономическом институте. В 50 лет Лариса Смирнова стала профессором. Получила звание почетного работника высшей школы, государственные награды. Она до сих пор в строю: работает на одной из кафедр Государственного университета морского и речного флота имени адмирала С. О. Макарова. К слову, в свое время именно она эту кафедру и создала.

Вот так сложилась судьба девочки, спасенной в дни Таллинского прорыва моряками Балтийского флота.