Художественный руководитель Ханс-Йоахим Фрай рассказал «Петербургскому дневнику», почему бал остается современным форматом, чем петербургская публика отличается от других и что на самом деле происходит за кулисами безупречного светского вечера.

– Какая история стоит за этим балом?

– Наш бал –сам по себе уникальная история. С 2006 года я являюсь руководителем оперного бала: тогда я основал Дрезденский SemperOpernball и за семнадцать лет превратил его в крупнейший международный оперный бал в мире –крупнее Венского оперного бала: 3000 гостей в оперном театре, 20000 гостей перед ним и крупнейшая в мире телевизионная трансляция оперного бала. Было логично привезти этот успешный бал и в город-побратим Дрездена –в Санкт-Петербург.

В 2019 году Дрезденский оперный бал впервые прошел в Санкт-Петербурге с большим успехом, в 2021 году –вновь. В 2023 году мы развили его в традиции города на Неве и превратили в Петровский бал. А теперь, в 2026 году, мы объединяем его с Балтийским балом в Большой Летний Бал. То, что за последние шесть лет история этого бала так живо развивалась, –это нечто по-настоящему особенное.

– Как сделать так, чтобы Большой Летний Бал ощущался как современный, живой праздник, а не музейная экспозиция?

– Я не вижу здесь противоречия –музейная экспозиция тоже вовсе не плоха. Мы находимся в прекрасном историческом здании, одеваемся празднично, и именно эта атмосфера вдохновляет на современный стиль общения и празднования. Классическая музыка остается молодой и по сей день. Поэтому мы сознательно играем и популярную музыку, джаз, разнообразные звуковые краски –именно этот баланс делает вечер современным.

– Трудно ли приучить сегодняшнюю молодежь, привыкшую к свободной одежде и свободному движению, к правильной осанке и строгому бальному этикету?

– Нет. Напротив, всем это нравится. Люди любят эти ритуалы, красивое одевание, особую атмосферу бала. Каждая молодая девушка хоть раз хочет почувствовать себя невестой, каждый хочет пережить этот особенный момент. Этикет воспринимается не как принуждение, а как подарок.

– Президентская библиотека – строгое государственное здание. Как вам удалось превратить это официальное пространство в праздничный бальный зал?

– Библиотека имени Ельцина вовсе не просто строгое административное здание –в ней есть прекрасный колонный зал. При правильном оформлении, с LED-экранами, цветами и букетами, из него получается праздничный бальный зал. Это было особым вызовом, но именно это превращение и составляет очарование постановки.

– Трудно ли вообще собрать столько больших артистов на одной сцене так, чтобы никто не затмевал другого?

– Здесь никогда нет соперничества – есть общее единение, все музицируют вместе. Симфонический оркестр «Северная симфония», Фабио Мастранджело как итало-российский дирижер, Сергей Ролдугин из Дома музыки, Сергей Скороходов из Мариинского театра, ведущая Наталья Попова, артисты и артисты балета Большого театра, замечательный молодой исполнитель на маримбе и молодой кларнетист, играющий на дудуке, — все это складывается в собственную композицию, почти как гала-концерт. Каждый инструмент несет свой цвет, будто все вместе пишут одну выдающуюся картину.

– Представьте человека, который никогда не был на балу и не интересуется классической музыкой. Какую главную эмоцию он должен унести с собой?

– Бал – это общение. Люди встречаются, слушают классическую музыку высочайшего уровня, танцуют друг с другом, вступают в разговор – а позже, когда звучит популярная музыка, все становится моложе, свободнее, раскованнее. Эта атмосфера – нечто совершенно особенное: она объединяет людей, живет культурой и этикетом, не превращаясь при этом в простое, примитивное мероприятие из еды, напитков и громких разговоров. Именно этот уровень премиального вечера и есть та эмоция, которая остается.

– Вы также являетесь художественным руководителем Образовательного фонда «Талант и успех» в «Сириусе». Где вам интереснее – там, где создается культура будущего, или здесь, где сохраняются старые традиции?

– Для меня контраста между Сочи и Санкт-Петербургом, по сути, не существует – они прекрасно дополняют друг друга. «Сириус» в Сочи воспитывает одаренных детей. Под моим руководством там был создан концертный центр с превосходной акустикой, привлекающий множество больших артистов. Это скорее фестивальное место, во многом определяемое атмосферой Черного моря. Санкт-Петербург же несет великую традицию, созданную архитекторами со всего мира, – вдохновение ощущается здесь во всем.

– Чем петербургская публика отличается от публики других городов, например Сочи?

– Санкт-Петербург несет груз собственной истории – публика здесь более сдержанная, более требовательная, сформированная поколениями имперской и советской культуры. Сочи моложе и открытее, все еще в поиске собственной идентичности. Обе публики требуют совершенства, но в Санкт-Петербурге его сначала нужно заслужить. Кроме того, петербургская публика невероятно образованна – это город образования и науки, здесь некогда жили цари, и это ощущается повсюду. Публика гордая, любознательная и с большой естественностью посещает культурные мероприятия – я испытываю огромное уважение к этой особой позиции.

– Какая самая смешная или самая стрессовая ситуация случалась за кулисами ваших балов, о которой публика в зале даже не догадывалась?

– На одном из наших балов без предупреждения появилась очень известная дополнительная гостья – Наоми Кэмпбелл. Но у нас было подготовлено лишь ограниченное количество наград, и пришлось срочно импровизировать: один из уже награжденных гостей спонтанно уступил ей свою награду – и позже получил обратно свой оригинал. В другой раз актер Жерар Депардье опоздал на наш бал. Специально для него был сшит смокинг на заказ, но из-за опоздания он появился в обычном костюме. Такие моменты – часть профессии. Важно, чтобы в итоге всегда сохранялось позитивное единение и сама идея бала во всех её гранях.

– Дресс-код бала – строгий вечерний наряд. Возвращаясь домой после такого грандиозного праздника, вы сразу же переодеваетесь в обычные джинсы и кроссовки, или это бальное ощущение остается с вами надолго?

– Нет, бальное ощущение остается. После бала мы еще долго сидим ночью с друзьями, вспоминая прошедший вечер, – смокинг остается на нас до раннего утра, и только потом мы переодеваемся в обычную одежду. Но настоящее чувство живет в сердце. В этом и есть уникальность бала: ты танцуешь, сердце ликует, и эту радость носишь в себе ещё долго.

– И финальный вопрос. Назовите три непременные составляющие петербургского бала.

– Во-первых: прекрасное здание. До сих пор мы проводили бал в самых разных, неповторимых местах – в Екатерининском зале, в Петербургской филармонии, в Михайловском театре, а теперь – в Президентской библиотеке. Это показывает все многообразие Петербурга, которое мы каждый раз стремимся заново открыть, – этого нет ни в одном другом городе мира. Во-вторых: дебютанты – молодые люди, которых обучает наш хореограф Михаил Грибов и которые танцуют друг с другом на высочайшем уровне. В-третьих: классическая гала, классический концерт высокого уровня, который несет и объединяет.

Мне всегда приятно вспоминать Венский конгресс 1815 года: целый год дипломаты вели переговоры о мире после великих европейских войн. Когда журналисты спрашивали, чего удалось достичь за полгода, отвечали лишь: «Конгресс танцует». Именно через балы, через танец находили общее – и после года и множества балов возник общий европейский мирный порядок. И в этом тоже есть нечто объединяющее – хороший дух и добрая память.