Бывший глава кубанской станицы ушёл в горное соединение группировки войск «Север», чтобы сдержать слово, данное семьям земляков.

«Дядька» – так обращаются к командиру мотострелкового взвода с позывным «Юрист» молодые ребята во взводе. В 55 лет он идёт на задачу с экипировкой весом более тридцати килограммов, проходит со штурмовой группой десятки километров и на возраст не жалуется. Лишь усмехается: в физической подготовке он ещё даст фору многим молодым.

Мужчина сухой, подтянутый, крепкий – из тех людей, чья собранность заметна ещё до первого слова. Говорит «Юрист» негромко, спокойно, не пытаясь занять собой разговор или подчеркнуть собственную значимость. И когда речь заходит о наградах, боевых выходах, о выполненных задачах, он словно делает шаг в сторону, переводя внимание с себя на тех, кто был рядом. На вопрос, считает ли себя героем, отвечает коротко.

– Нет. Я такой же, как и все. Мы просто делаем свою работу, – говорит он.

За этой сдержанностью – привычка отвечать не только за себя. Она появилась у него задолго до службы в армии: сначала ещё в период работы в милиции, затем – на посту главы поселения.

«Юрист» всю жизнь прожил на Кубани. Там окончил школу, там осталась его семья – жена, две дочери, сын, внуки. С середины 90-х прошёл путь от рядовых должностей до начальника уголовного розыска. В 2015-м вышел на пенсию, но ненадолго: его пригласили в администрацию, а затем жители избрали главой сельского поселения. Позднее переизбрали на второй срок.

Осенью 2022-го из станицы стали уходить первые мобилизованные. Провожая земляков и общаясь с их семьями, он всё чаще задумывался о собственном долге.

– Тогда я и сказал жёнам, матерям наших ребят: пойду на спецоперацию, – вспоминает он.

Своему решению он не придаёт особого значения. И хотя коллеги по администрации и близкие поначалу пытались его отговорить, глава сельского поселения был непреклонен.

– Мужчины должны защищать свою Родину, – говорит он.

Начинал, как и рассчитывал, стрелком. В военном билете – сержантская специальность, и офицерских планов он не строил. Командиры, однако, быстро заметили опыт, образование и умение работать с людьми. После обучения герой получил лейтенантские погоны и принял взвод.

Позывной появился ещё на полигоне. Узнав о юридическом образовании нового сослуживца, ребята стали звать его «Юристом». Так и прилипло. Но для самого офицера это не просто армейская условность. Как хороший адвокат детально изучает материалы дела, так и он привык досконально вникать в характеры своих людей.

– Любой солдат, который приходит во взвод, – с ним сначала надо поговорить, – объясняет «Юрист». – Понять, зачем пришёл, что за человек, на что способен. Командир должен знать своего подчинённого, а подчинённый – командира.

Служба в мотострелковой бригаде оказалась не похожа на прежние командировки на Северный Кавказ, в которые он ездил в период службы в милиции. Условия ведения боевых действий изменились: беспилотники держат воздух под наблюдением, и угроза может прийти в любой момент.

– Опасность здесь подстерегает каждую секунду, – говорит офицер. – К этому надо быть готовым постоянно.

На одной из боевых задач группа «Юриста» вышла на заданную точку и закрепилась. Сначала их было пятеро. Позже двое перешли на другую позицию – участок остался на троих. Два с половиной месяца они удерживали точку: окапывались, укреплялись, маскировались, вели наблюдение и передавали сведения.

Противник находился совсем близко – примерно в шестидесяти метрах. Открывать огонь означало обнаружить себя. Поэтому офицер и боец с позывным «Кузнец» выбрали более тихое решение: заминировали подходы к позиции растяжками. Они сработали через некоторое время. Утром наши воины вышли к месту, осмотрели его, спрятали обнаруженные тела вэсэушников, собрали документы и радиостанцию противника, затем передали их командованию. Так военная хитрость помогла сохранить позиции в тайне.

За «нулём» особенно ясно понимаешь цену привычным вещам – воде, еде, короткой вести из дома. Быт на точке сузился до самого необходимого. Связи с родными почти не было, и о том, что бойцы живы, их семьи узнавали через командование.

– Командиры каждую неделю связывались с жёнами, с родителями ребят, рассказывали, что живы-здоровы, – вспоминает «Юрист». – И родные через них передавали добрые слова.

Продовольствие тоже доставляли по возможности. В этом очень помогали расчёты беспилотных систем, доставлявшие необходимое сбросами. За время задачи офицер заметно потерял в весе, но говорит об этом буднично, без надрыва.

– Терпели, – говорит он. – Такое бывает иногда.

Но даже в зоне СВО жизнь не сводится к постоянному ожиданию опасности. Между выполнением задач наступают короткие паузы – те самые часы дежурств, когда остаёшься наедине со своими мыслями и особенно остро замечаешь то, что в мирной суете часто проходит мимо.

«Юрист» вспоминает, как голое дерево постепенно оделось листвой. Как в короткие промежутки тишины прислушивался к птицам. Говорит об этом – и словно сам удивляется: за «лентой», где всё подчинено суровым законам боевых действий, он сумел разглядеть такие простые вещи.

– Начинаешь понимать, что такое жизнь, что такое природа, – говорит он. – Сидишь во время дежурства, слушаешь птиц.

Эта способность замечать живое не делает его мягче в служебном смысле и не отвлекает от задачи. Скорее она объясняет, почему для него так важна цена человеческой жизни.

Поэтому от командира, по мнению «Юриста», требуется не показная жёсткость. Гораздо важнее трезво оценить обстановку, честно объяснить людям, что происходит и что от них зависит. Тогда солдаты понимают задачу – и знают, что командир разделяет с ними ответственность за её выполнение.

Однажды во время выдвижения штурмовую группу накрыло огнём. Под плотными разрывами люди отошли на безопасное расстояние: в такие секунды каждый действует на пределе – инстинкт заставляет искать укрытие, сохранить себя и товарищей. Но задача оставалась прежней. Нужно было заново собраться, восстановить управление и двигаться дальше.

– Боятся все, – говорит он. – Если человек не боится, это уже ненормально. Но надо уметь подбирать правильные слова.

Он сам прошёл через контузии, ранение, лечение. О ранении близким сообщил не сразу – сначала восстановился, затем приехал домой.

– Чтобы не беспокоить лишний раз, – объясняет он.

Лучшее доказательство того, что боевые действия не выжгли в нём человечность и не очерствили сердце – случай на передовой. Среди разбитых построек он услышал тихий скулёж. Гвардеец не прошёл мимо: вытащил из развалин щенка, выходил его, отпаивая водой и отдавая часть своего пайка. А затем забрал его с собой в отпуск домой.

– Я думаю, не поменялся, – спокойно говорит «Юрист». – Каким был, таким и остался.

Среди его наград – медали «За отвагу» и Жукова. Медаль «За спасение погибавших» получена ещё до нынешней службы: в 2014 году, во время наводнения в Ейском районе, он вместе со своим подразделением участвовал в спасении людей. По его словам, тогда удалось спасти более ста человек. Теперь командование представило его к ордену Мужества. Сам «Юрист» прежде всего говорит о тех, кто был рядом.

Он называет бойцов по позывным: «Раф», «Кузнец», «Поп», «Куба». Когда рассказывает о раненых товарищах, в его словах проскальзывает надежда на их выздоровление. И вновь повторяет: медалей достойны все, кто заходил вместе с ним и выполнял боевые задачи.

В отпуске он возвращается в родную станицу, где на улицах земляки то и дело подходят, жмут руку и говорят простое, но весомое «спасибо». От такого внимания он лишь неловко отмахивается и смущается. «Юрист» откровенно не любит, когда его хвалят за решение оставить кресло главы поселения и уйти добровольцем «за ленточку».

Для него сейчас ценнее другое – переступить порог дома, обнять родных и убедиться, что он не принёс «войну» с собой. Жена, по его словам, сильно переживала: боялась, что после пережитого на передовой муж вернётся жёстким, замкнутым в себе человеком с холодным взглядом. Но эти тревоги оказались напрасными.

В редкие минуты затишья «Юрист» предпочитает вспоминать старые фильмы. Он вырос на советской военной классике, и особое, глубокое место в его сердце занимает картина «Они сражались за Родину». С автором романа, Михаилом Шолоховым, у него связана личная история: мальчишкой в восьмидесятых годах, приезжая к родственникам, он видел писателя своими глазами.

– Тогда я был ребёнком и не придавал этому значения. Это сейчас понимаешь, что это был за великий человек, – делится офицер.

Внутренняя опора «Юриста» – это семья. Его внутренний долг – это забота о личном составе своего взвода, а ещё раньше – о станице, где живут шесть тысяч человек. Его слову можно доверять, он не ищет для себя исключений и всегда держит обещание.

Напомним, стать военнослужащим и защищать Родину может каждый совершеннолетний. Служба по контракту предполагает высокое денежное довольствие, льготы и социальные гарантии. Восстановить воинское звание при поступлении на службу в Вооружённые силы РФ могут граждане Белоруссии, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Молдавии и Южной Осетии.

Предельный возраст для заключения контракта – 65 лет.