Макушка лета всецело переключает внимание на спецоперацию. Запад пытается Украину довооружить, провести передислокацию вооруженных сил Украины (ВСУ) и дать им передышку. При этом сама Европа не спешит вмешиваться в горячую фазу.

Активность Зеленского связана с международными площадками: саммитом G7, заседанием Европейского совета, встречами по восстановлению Украины в формате «Рамштайн». На повестке – вовлечение в конфликт Белоруссии. При этом у ВСУ нет реальных ресурсов для открытия второго фронта, так как переброска сил на северное направление вынудит командование ВСУ оголить оборону Киева, вокруг которого уже строится главный оборонительный рубеж.

Главное в другом: помощь Зеленскому подвешена. Запад уже предоставил Киеву 370 миллиардов евро. А каков эффект? Да и терпение пока молчащих 20 миллионов украинцев (из 52 миллионов в 1991 году) небезгранично.

Аналитики считают, что Брюссель изменит решение о поддержке Киева, когда наступит крах ВСУ. Возможно, на Украине появится трещина, начнут рушиться ее армия, экономика, следовательно, политическая система. С начала спецоперации только границу с Румынией незаконно пересекли 50 тысяч украинцев. Там же задержаны еще более 50 тысяч.

Главная дилемма Европы состоит в выборе: настаивать ли на своем, десятилетиями проторенном евроатлантическом пути, надеясь на смену приоритетов (то есть власти) в Вашингтоне, а соответственно, на традиционное спонсорство Соединенных Штатов Америки? Или приспосабливаться к «винтажной» политике Трампа, которая, вообще говоря, может пережить его самого?

Внешняя политика американского президента все более непредсказуема. С одной стороны, Вашингтон намерен сократить на треть количество истребителей, предоставляемых для операций НАТО в Европе, а также вывести часть других самолетов и кораблей. С другой – напрямую говорится о «растворении духа Анкориджа», ибо американцы уже сделали все, что могли.

Хаоса в российско-американских отношениях становится все больше. США ввели новые санкции против российского нефтяного сектора через пару недель после «хорошей встречи» в Анкоридже. Уже 5 февраля в США заготовили «сокрушительный пакет санкций против Москвы, введение которого зависит от хода переговоров по Украине». Тем временем Совет безопасности ООН, как и другие международные институты, чего‑то ждет.

Перемирие, в отличие от мирного урегулирования, ситуацию не изменит, а лишь даст Киеву шанс укрепить потенциал вооруженных сил Украины. Чего мы, безусловно, не позволим.

У Евросоюза – две трудно скрываемые болезни. Во‑первых, экономический спад: он в значительной степени вызван подорожанием энергоимпорта. Этого до 2023 года никто во внимание не брал. Во-вторых, обостряющаяся проблема с мигрантами: к 20 миллионам плохо адаптируемых мусульман добавились 7 миллионов столь же проблемных выходцев с Украины.

Но главная дилемма – какой магистральный путь избрать: национально ориентированный, евроинтеграционный или евроатлантический? В остальном налицо болельщицкое деление мира на своих и изначально заслуживающих поражения.

На примере боевых действий на Украине Запад отрабатывает тактику возможных боестолкновений. Поставляя Киеву вооружение для терактов, он одновременно тестирует обновленную «матчасть войны», избавляясь от устаревших запасов. Нами успешно сбивается подавляющее большинство дронов. А ничего другого у Киева, по существу, и нет. Одновременно от России требуют остановить боевые действия на линии соприкосновения. Это главное, чего от нас хотят. Евросоюз претендует на посредничество с намерением довести дело до нашей капитуляции под лозунгом «возвращения к 1991 году». Тогда, дескать, и нам придется вернуться к границам, которые существовали в то время.

Наша задача – не ошибиться с решениями при изменении внешнеполитической конъюнктуры. В остальном, как сказано в Писании, ищите и обрящете; стучите, и вам отворят...

При этом вторая половина лета – исторически не лучшее для нас время года. Нам подсказывают возможный, но не оптимальный расклад. Он выглядит так. С освобождением Донбасса Москва может сказать: для своей безопасности мы сделали все, что могли. Трамп будет говорить, что он остановил еще один конфликт. Европейцы сочтут, что они принудили Москву его завершить, а Украина расскажет, как она ради Европы нанесла урон России.

А пока наш главный дипломат и даже политик – это боец на линии боевого соприкосновения.