Ровно 35 лет назад: на календаре – июнь 1991 года. До распада СССР остается каких‑то полгода, но прежняя советская система уже трещит по швам. Страна готовится к первым президентским выборам, Ленинград выбирает первого в своей истории (и последнего) мэра, а попутно горожанам предлагают ответить на фундаментальный вопрос: возвращать ли нашему городу его историческое имя?

На улицах в это время царит абсолютный, почти осязаемый хаос эпохи перемен. Город живет на запредельных скоростях: пока у Гостиного Двора в бесконечных очередях спорят о талонах на продукты и росте цен, а Ленинградский рок‑клуб отмечает свое первое десятилетие, на Дворцовой площади уже гремят многотысячные митинги.

Старый быт стремительно рушится, и на этом изломе люди одновременно пытаются просто выжить и понять, в какой стране они проснутся завтра. Именно в этот бурлящий котел 11 июня – ровно за день до знакового голосования – и попадает свежий номер «Вечернего Ленинграда».

В центре внимания «Вечерки» – статья Людмилы Нарусовой и Александра Марголиса со сдержанным, но бьющим в цель заголовком: «Великий город под именем ... ?».

Уже очевидно, что тот текст писался на пике эмоционального накала. Ведь спор давно вышел за рамки топонимики: для одних Ленинград оставался символом блокадного мужества и личной биографии, а для других Санкт‑Петербург означал возвращение к истокам и давал право вывести городскую историю из‑под партийной цензуры.

Авторы той статьи пошли на очень точный шаг: они не стали просто агитировать. Они лишь напомнили: в 1914‑м город переименовали в Петроград решением императора, в 1924‑м – в Ленинград волей советской власти. И лишь в 1991 году право определить имя города впервые в его истории передали самим горожанам. А еще определяющим решением редакции стала публикация на той же полосе позиции Патриарха Алексия II, напомнившего: Санкт‑Петербург – это город святого Петра.

Самая сложная часть того материала была обращена к блокадникам. Но и для них Нарусова и Марголис нашли слова, разъясняя, что даже в разгар войны в Ленинграде возвращали исторические названия площадям и улицам.

Кстати, Людмила Нарусова позже в нашем документальном фильме «Путешествие из Ленинграда в Петербург» вспоминала, что после той статьи под ее окнами стояли многодневные пикеты: вот что значит газетное слово попало точно в цель.

...На следующий день, 12 июня, в Ленинграде было обычное невское лето: пасмурно и плюс 20 за окном. А вот горожане делали свой выбор… Перевес сторонников Петербурга оказался небольшим, но решающим.

Ну а главная ценность того номера «Вечерки» – в уникальном стоп‑кадре эпохи. Газета еще выходила под советской шапкой, но на ее полосах уже проступал будущий Петербург – мегаполис ХХI века.

В прошло выпуске Кирилл Смирнов рассказал о выпусках «Петербургской газеты» за 1903 год.