Как и с авиацией, любовь к Арктике, ее глубокое понимание начинаются с мечты. Когда я впервые ее увидел, был просто поражен тем, какая там богатая палитра белых красок! Постепенно я начал безошибочно их различать и понял, что Арктика – это целый мир, он очень живой, и он постоянно меняется. Я начал наблюдать за тем, как рождается лед: сначала он совсем юный, через пару дней становится зрелым, а затем – толстым льдом, толщиной до нескольких метров. Арктика – это потрясающий живой организм, в котором все тесно взаимосвязано между собой. В конце концов я пришел к простой истине: «Арктика – это северный филиал Божьего рая».

В 1990 году я был на первом съезде Ассоциации советских полярников. Мне было 30 лет, я уже имел арктический опыт.

На этом же съезде я познакомился с потрясающими людьми, полярными титанами: Артуром Чилингаровым и Николаем Корниловым. Они оба – уроженцы Петербурга, хотя и проработали долгие годы вне нашего города.

Петербург подарил миру целый ряд других полярных исследователей, оставивших неизгладимый след в изучении обоих полюсов Земли. Наш город – это, безусловно, сердце Арктики. Все мало-мальски значимые экспедиции в эти широты всегда формировались и до сих пор организовываются именно здесь.