В медиацентре «Культура Петербурга» в среду, 6 мая, открылась выставка «Военная история моей семьи. Реликвии».

Дорогие сердцу песни

О семейных реликвиях, вывезенных из блокадного Ленинграда, рассказала Мария Матушева – внучка Марии Генриховой.

«Сегодня я представляю очень трогательную реликвию, которую наша семья очень бережно хранит все эти годы – это пластинки, которые моя бабушка везла в эвакуацию из блокадного Ленинграда. У нее с собой был только чемодан, теплая шаль, а уходили они по льду Ладожского озера. Она не могла оставить самые любимые песни и взяла их с собой», – рассказала Мария Матушева, внучка блокадницы Марии Генриховой.

Она добавила, что также на выставке представлены письма младшего брата бабушки, который погиб на Невском пятачке и за несколько дней написал, что они стоят насмерть и боевую свою задачу в любом случае выполнят.

«Письмо наполнено верностью, бодростью и очень взрослым мужеством, хотя ему было всего 19 лет. К сожалению, он по неопытности также написал место, где они находились, и в письме это вымарано военной цензурой. Несколько этих истлевших листочков мы также очень бережно храним», – рассказала Мария Матушева.

Она уточнила, что бабушка в итоге прожила долгую жизнь, 97 лет. Женщина застала всех своих правнуков и успела рассказать им эти истории лично. Каждый День Победы, вплоть до ее смерти, вся семья собиралась и слушала истории, вновь бережно осматривая семейные реликвии.

Статуэтки с Покровки

Еще одной семейной историей поделилась Ирина Кострыгина, внучка блокадницы Прасковьи Кострыгиной.

«Перед войной бабушка жила на Покровской площади, ныне Тургенева, в отдельной квартире, в которой было много вещей. Когда Прасковья Алексеевна уехала, квартира пустовала. Во время блокады туда заселяли людей из разбомбленных домов. Но, несмотря на голод, холод и прочие трудности военного быта, эти люди не сожгли в буржуйке ни одной книги, а их было много, три стены одной из комнат сверху донизу были в книжных стеллажах», – рассказала Ирина Кострыгина.

Она подчеркнула, что новые жильцы также не тронули ничего из мебели. На отопление пошёл только паркет. Целыми остались и две серебряные статуэтки кавалеров, которые стояли у деревянного резного зеркала.

«Я верю, что вещи, с которыми связаны важные жизненные события, всегда будут помогать помнить о тех людях, которых уже нет с нами и с которыми уже не получится поговорить», – подчеркнула Ирина Кострыгина.