Мощная, точная, дальнобойная – так отзываются о ракетной системе залпового огня реактивщики группировки войск «Север».

От массированного удара по командным пунктам управления до контрбатарейной охоты на вражеские РСЗО HIMARS – в зоне спецоперации реактивная система залпового огня «Торнадо-С» уверенно стирает грань между классической площадной и высокоточной снайперской стрельбой. Интеграция со спутниковой навигацией и современная электроника позволяют загружать индивидуальное полётное задание для каждого реактивного снаряда непосредственно перед пуском. Это превращает систему в безотказный дальнобойный инструмент уничтожения как скрытых штабов, так и маневрирующей техники ВСУ на дистанциях свыше ста километров.

В укрытии командира

У входа в перекрытый бревенчатым накатом блиндаж нас встречает командир реактивно-артиллерийской батареи. У капитана с грозным позывным «Гром» на удивление добрые глаза и открытая, искренняя улыбка. Однако внешность обманчива: на плечах этого офицера лежит колоссальная ответственность за работу самой мощной артиллерийской системы во всем соединении.

Чтобы мы лучше понимали вес этой ответственности, в полумраке укрытия «Гром» без лишних предисловий погружает нас в специфику применения «Торнадо-С» в зоне спецоперации.

– Наш комплекс полностью автоматизирован и использует широкую номенклатуру управляемых реактивных снарядов. Это позволяет наносить точечные удары, – рассказывает капитан. – Работать по гектарам сейчас просто неактуально. Противник постоянно перемещается. Крупных, площадных целей как таковых почти не осталось. Поэтому бьём точечно, и в этом комплекс показывает себя превосходно.

Достигать такой точности сегодня помогает глубокая модернизация всех процессов управления огнём. От баллистических вычислений до наведения многотонной установки на цель – всё берет на себя автоматика. Начальнику расчёта достаточно ввести полученные координаты в бортовой компьютер, а машина сама обрабатывает данные и с точностью до миллиметра направляет пакет направляющих.

В огневые задачи «Торнадо-С» регулярно попадают скрытые пункты управления дронами, места временной дислокации и ключевые логистические артерии ВСУ.

– Возьмём, к примеру, переправу через реку. Мы наносим точный ракетный удар – мост разрушен, – спокойно моделирует повседневную боевую работу «Гром». – Противнику необходимо время, чтобы стянуть инженерную технику и возвести новые понтоны. Как только они начинают этим заниматься, нам снова приходят свежие координаты на поражение того участка, где они пытаются развернуться.

Неприметный исполин

Под сенью деревьев, затянутая маскировочными сетями, замерла многотонная боевая машина. Спрятать такую громадину от вражеских дронов – задача не из лёгких, но в современных реалиях жизненно необходимая. Похлопывая по холодному металлу бронированной кабины, начальник расчёта с позывным «Гора» сравнивает свой «Торнадо-С» с грозными предшественниками. По его словам, если классический «Смерч» предназначался для того, чтобы щедро накрывать ракетами огромные площади, то модернизированная система эволюционировала в настоящий высокоточный снайперский инструмент.

– Из всех реактивных систем залпового огня, стоящих сегодня у нас на вооружении, это самая мощная машина, – с профессиональной гордостью отмечает военнослужащий.

В подтверждение своих слов «Гора» вспоминает знаковую боевую работу товарищей: на батарею экстренно прилетела задача уничтожить американскую систему HIMARS. Расчёт «Торнадо-С» отработал ювелирно: установку неприятеля подловили и сожгли прямо в скрытом пункте дислокации, куда она поспешно откатилась для перезарядки. А чтобы окончательно исключить любые шансы на восстановление техники, по этой же точке мощно доработал оперативно-тактический ракетный комплекс «Искандер».

Резкая команда

Томительное ожидание в укрытии, длившееся несколько часов, заканчивается в одну секунду. Базовый район мгновенно оживает. Маскировочные сети сброшены, обнажая рубленые формы многотонного тягача, который с глухим рычанием вырывается из лесополосы. Группа прикрытия берёт машину в плотное кольцо, сопровождая установку на огневую позицию.

Мы выдвигаемся следом, стараясь не отставать от стремительно набирающего ход конвоя. В кабине армейского внедорожника тесно ютятся несколько военнослужащих. Машину трясёт на разбитой колее, и на каждой кочке о мой правый бок ударяется плечом заместитель начальника расчёта с позывным «Аргон». Дорога до точки пуска неблизкая, мотор надрывно ревёт, но именно в этой походной тряске появляется возможность поговорить с ещё одним членом экипажа.

– Я как заместитель должен уметь делать всё то же самое, что и начальник расчёта. Это необходимо на случай, если придётся его заменить, – говорит он.

Позади нас, заполняя пространство низким гулом двигателя, тяжело идёт пусковая установка. Огромная многоосная машина взламывает чернозём, продавливая глубокую колею, но неумолимо выходит на стартовую позицию.

Недолгий процесс точного гирокомпассирования и привязки к местности. И, наконец, массивный пакет направляющих плавно, с характерным гудящим звуком гидравлики, поднимается и устремляется на запад.

Через несколько секунд земля под ногами ощутимо содрогается. Плотная звуковая волна и пронзительный, оглушительный свист бьют по ушам. От чудовищного давления реактивной струи во все стороны с силой разлетаются влажные комья чёрной земли.

Огромная ракета стремительно уходит в стратосферу. За ней тянется густой, плотный белый шлейф, который ещё долго будет таять в высоких облаках.

Однако любоваться результатами своей работы военнослужащим некогда – промедление здесь равносильно гибели.

– Чем меньше времени мы проводим на точке, тем лучше, – отмечает «Аргон».

Глядя на его уверенные действия, понимаешь, откуда на груди этого молодого парня такая внушительная орденская планка: медали «За воинскую доблесть» II и I степени, Георгиевский крест IV степени, медаль «За храбрость» II степени.

Когда бронированная колонна ложится на обратный курс, плотное напряжение боевой работы начинает постепенно спадать. Внешне всегда собранный и строгий «Аргон» наконец позволяет себе немного расслабиться. Под мерный, слегка убаюкивающий гул двигателя разговор в кабине сам собой сворачивает на личное.

– Там, дома, меня очень ждут: мама, отец, младшая сестрёнка, – делится он. – Знаете, жаловаться нам не на что. Братство в подразделении крепкое, а командиры вникают в каждую проблему, всегда поддержат и словом, и делом. Но главное – это понимание, ради чего мы все здесь находимся. Как-никак, я защищаю свою Родину, и кто это сделает, если не я? Мы тут все прекрасно осознаём: если дадим слабину, если отступим, эта беда напрямую придёт в наши дома, ударит по самым родным и близким. Так что выбора у нас просто нет.

Тяжёлая машина благополучно добирается до базового района и снова скрывается под сенью масксетей. Задача выполнена. И пока где-то в глубоком тылу неприятеля догорает разрушенный командный пункт, расчёты «Торнадо-С» продолжают своё непрерывное дежурство в ожидании новых координат.

Напомним, стать военнослужащим и защищать Родину может каждый совершеннолетний. Служба по контракту предполагает высокое денежное довольствие, льготы и социальные гарантии. Восстановить воинское звание при поступлении на службу в Вооружённые силы РФ могут граждане Белоруссии, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Молдавии и Южной Осетии.

Предельный возраст для заключения контракта – 65 лет.