Пока высоко в небе монотонно гудит разведывательный дрон самолётного типа, под землёй не останавливается ни на минуту скрытая, но предельно напряженная работа. Оператор беспилотника с позывным «Пеле» часами вглядывается в мерцающие мониторы, хладнокровно превращая пиксельные силуэты на экране в точные координаты. За каждым его выверенным докладом следуют сокрушительные удары тяжёлых огнемётных систем и сбросы разрушительных авиабомб. За этой ежедневной монотонной работой кроется история глубокой человеческой преданности. Полгода назад военнослужащий оставил привычный быт и пришёл в подразделение добровольцем, чтобы выполнить долг за двоих и сдержать обещание, когда-то данное близкому человеку, чьи тревожные предчувствия стали сегодняшней суровой реальностью.

Под ногами чавкает липкий чернозём, усложняя каждый шаг специалистов войск беспилотных систем. Подготовка к старту требует слаженности и точности: на направляющую катапульты устанавливается фюзеляж, техник делает рывок стартера – и над позицией разносится характерный, плотный гул бензинового двигателя, до боли напоминающий звук работающей газонокосилки. Резкий сброс с направляющей – и «птичка» стремительно уходит в голубое небо, растворяясь в облаках. С этой секунды управление переходит под землю.

Станция наземного управления спрятана в глубоком блиндаже. Здесь внешние шумы сменяются сосредоточенной рабочей атмосферой: ровно и монотонно гудят вентиляторы вычислительной аппаратуры, под пальцами оператора щёлкают клавиши, а ритмичное шипение радиостанции то и дело разрывается короткими докладами. Стены укрытия практично обиты листами ДСП, тусклый свет выхватывает из полумрака мерцающие экраны мониторов. За одним из них работает военнослужащий с позывным «Пеле». Его взгляд непрерывно скользит по картинке, передаваемой с высоты птичьего полёта.

Именно поэтому для наведения столь разрушительных средств поражения критически необходим высотный беспилотник с хорошей оптикой. Находиться слишком близко к эпицентру такого удара попросту невозможно, а беспилотник дальней разведки позволяет оператору с безопасного расстояния в несколько километров детально фиксировать прилёты, оценивать масштаб разрушений и выдавать поправки. Для самих разведчиков, чей обзор обеспечивает этот беспилотный комплекс, такие характеристики бесценны. О своём главном рабочем инструменте «Пеле» отзывается с профессиональным уважением.

– Если с бортом всё в порядке и нет технических неполадок, то это великолепное оборудование для ведения воздушной разведки. Беспилотник смотрит далеко, висит высоко и, самое главное, долго. В целом работать комфортно, – рассказывает он.

На службу «Пеле» пришёл полгода назад. Процесс погружения в профессию прошёл стремительно – теорию пришлось сразу совмещать с практикой в зоне боевых действий.

– Обучение происходило непосредственно уже здесь, на месте, когда я прибыл «за ленточку» в свой расчёт, – вспоминает военнослужащий. – Учили ребята-сослуживцы. Всему необходимому научили быстро. Сейчас уверенно работаю.

Решение подписать контракт не было спонтанным. Главным мотивом для «Пеле» стало обещание, данное покойному дедушке. Человек старой закалки, с непростым, твёрдым характером. События на Украине, начавшиеся ещё в 2014 году, дедушка воспринимал как личную, незаживающую рану. Дальние родственники по его линии жили в западной части соседней страны, и специфическое, враждебное отношение с их стороны дед прочувствовал ещё тогда.

– По сути, я – глаза армии, – не отрываясь от экрана, рассказывает оператор. – Моя задача – находить артиллерию в тыловых районах противника, отслеживать пуски реактивных систем залпового огня и контролировать подступы к нашим позициям. Информацию мы немедленно передаём артиллеристам, затем корректируем огонь и ведём объективный контроль поражения цели.

Специфика целей требует работы с серьёзными калибрами. Чаще всего «Пеле» доводится наблюдать за результатами ударов тяжёлых огнемётных систем и применением фугасных авиационных бомб. Мощь этого оружия колоссальна: термобарические снаряды накрывают позиции объёмным взрывом, выжигая кислород и не оставляя шансов укрыться даже в капитальных строениях, а тяжёлые авиабомбы способны за раз стирать с лица земли опорные пункты противника.

– Честно говоря, иногда даже трудно подобрать слова, чтобы описать этот момент, – признается оператор, вспоминая кадры объективного контроля. – С нашей рабочей высоты это выглядит как стихийное бедствие. Когда прилетает ФАБ, земля в объективе буквально встаёт на дыбы, поднимаясь вверх на десятки метров, а от опорника неприятеля остаётся только огромная воронка. При залпе тяжёлых огнемётных систем экран часто слепнет от яркой вспышки, а затем видно, как огненная ударная волна расходится по позициям.

– Незадолго до его смерти у нас состоялся тяжёлый разговор, – вспоминает «Пеле». – Что-то ему подсказывало, что конфликт неизбежен. Интуиция или жизненный опыт, но он чувствовал это. Я сказал ему: «Если начнётся, дед, то я пойду однозначно». А он добавил: «Мы все пойдём».

Дедушка не дожил до того момента, когда его предчувствия воплотились в жизнь. Но его фраза осталась с внуком как незримое завещание. В этих словах слились воедино и преемственность поколений, и разделённая на двоих ответственность.

– Так получилось, что он не смог пойти, не дожил, Царство ему Небесное, – тихо завершает военнослужащий. – А я пошёл. Потому что так надо.

Именно это глубокое чувство исполненного долга перед памятью деда становится тем внутренним стержнем, который держит оператора на передовой. Но если прошлое определило его выбор, то настоящее даёт силы справляться с тяжестью долгой разлуки. Дома «Пеле» преданно ждут самые близкие – жена и восьмилетняя дочка. Девочка, как с гордостью отмечает отец, радует успехами: хорошо учится и прекрасно рисует.

– Очень скучают по мне, – делится эмоциями «Пеле». – Постоянно пытаются послать весточку. Иногда удаётся передать письма через волонтёров. Недавно они вдвоём связали мне игрушку и прислали. Классная такая. Но показывать не буду, она у меня далеко лежит.

Скрытый от посторонних глаз талисман остаётся там, в блиндаже, оберегая покой оператора, пока его руки привычно управляют джойстиком, аппаратура тихо гудит в полумраке, а «глаза армии» продолжают внимательно вглядываться в линию горизонта.

Напомним, стать военнослужащим и защищать Родину может каждый совершеннолетний. Служба по контракту предполагает высокое денежное довольствие, льготы и социальные гарантии. Восстановить воинское звание при поступлении на службу в Вооружённые силы РФ могут граждане Белоруссии, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Молдавии и Южной Осетии.