Беспилотные летательные аппараты стали главным оружием в зоне проведения спецоперации – дешёвым, массовым и почти неуязвимым для традиционных средств защиты. Его не нужно сопровождать экипажем, его не жалко потерять, а собрать новый можно за считаные минуты. Сотни вражеских дронов ежедневно поднимаются в воздух в полосе ответственности группировки войск «Север», и часть их нацелена не на военные объекты, а на гражданские машины, дома, людей. Противник намеренно бьёт по мирной инфраструктуре – методично, без разбора, превращая приграничные районы в зону постоянной угрозы с воздуха. Остановить эти удары ещё на подлёте – задача специалистов радиоэлектронной борьбы: солдат, чья работа не видна глазу, но именно она определяет, долетит дрон до цели или рухнет в поле.

Утро в базовом районе начинается с крепкого кофе. Пока лагерь ещё досыпает последние минуты, расчёт мобильной группы радиоэлектронной борьбы уже на ногах. Водитель-электрик с позывным «Чича» осматривает УАЗ «Патриот» по кругу. Машина должна быть готова к любой дороге – а дороги здесь весной не прощают беспечности. Тем временем операторы выносят из укрытия кейсы с аппаратурой. Каждый предмет снаряжения занимает строго отведённое место в багажном отсеке: в плотно уложенном пространстве разместить нужно многое. Бензиновый тяжёлый генератор крепится у правого борта. Рядом тренога с демонтированным комплексом РЭБ, обмотанная брезентом. Личное оружие, боекомплект, запасные канистры с топливом. Багажник захлопывается с характерным металлическим щелчком.

Отделение занимает свои места. За руль садится «Чича», а соседнее кресло привычно занимает командир отделения – «Тайпан». В кабине УАЗа повисает рабочая тишина. Внешне и командир, и его водитель похожи на большинство людей, которые провели на фронте не один месяц: поджарые, обветренные, с тем особым прищуром, который появляется от привычки смотреть в небо. Это мужчины среднего возраста, скупые на эмоции и слова. Лишних разговоров в дороге вообще не принято – задача поставлена, маршрут проложен, каждый чётко знает своё дело.

Асфальт обрывается резко, и грунтовка к точке развёртывания с первых же метров берет машину в оборот. Весна в этих краях измеряется глубиной грязи: ночные заморозки окончательно сдали позиции, превратив дорогу в непролазное бурое месиво. УАЗ с натужным воем на пониженной передаче выгрызает себе путь. Грязь жадно чавкает под зубастыми шинами, забиваясь под самые арки. Тяжёлую машину так и норовит стащить в глубокий кювет, но водитель короткими, выверенными движениями руля раз за разом возвращает её на дорогу.

– Бывают выезды повседневные, бывают экстренные – тут всё зависит от интенсивности работы, – рассказывает «Чича», перекрикивая надрывный рык мотора. – С потеплением противник активизировался, так что сейчас забот у нас хватает.

На таком бездорожье выручает водительское чутье и въедливая память на каждую рытвину. Военнослужащие хорошо помнят выезды, когда груженный аппаратурой внедорожник приходилось по колено в грязи, выдирать из чавкающей трясины. Но сегодня повезло – проскочили на одном дыхании.

Машина резко тормозит на замаскированной позиции на окраине одного из населённых пунктов. Расчёт работает слаженно и почти молча. Командир отделения с позывным «Тайпан» контролирует процесс. Из багажника извлекается тренога – разворачивается и фиксируется в грунте в считаные минуты. На неё устанавливается комплекс РЭБ. «Чича» уже дёргает трос стартера – тишину нарушает ровное, деловитое гудение бензинового генератора, от которого запитывается вся электроника. Подключаются кабели. Аппаратура уходит в рабочий режим.

Внезапно резким писком оживает карманный сигнализатор дронов. Операторы мгновенно склоняются над маленьким планшетом прибора радиоэлектронной разведки. На экране рябит изображение: система перехватила видеосигнал с приближающегося беспилотника. Дрон-камикадзе ВСУ идёт на низкой высоте, направляясь в сторону жилых кварталов.

– Частоты определены. Включаем подавление! – командует «Тайпан».

Аппаратура на треноге начинает работать на излучение, создавая невидимый купол помех. На экране планшета картинка с камеры вражеского дрона сначала замирает, а затем окончательно сменяется статическим шумом. Цель потеряла связь с оператором и рухнула в поле, не долетев до домов.

– Эта система подавляет управление FPV-дроном, – объясняет принцип работы командир отделения. – Без канала связи аппарат никуда дальше не полетит, он сразу падает. Противник часто запускает дроны именно в населённики: бьют по гражданским машинам, целенаправленно атакуют мирных жителей. Из-за этого мы большинство раз выезжаем именно в населённые пункты и стоим с комплексом, чтобы у них не было никаких шансов что-то уничтожить.

Мобильные группы РЭБ группировки войск «Север» работают на опережение. Ежедневно они скрытно выставляют временные посты наблюдения и подавления вдоль всего Сумского направления, оперативно реагируя на малейшие изменения в эфире. Однако противник по ту сторону фронта тоже учится: операторы украинских FPV-дронов давно отказались от шаблонных действий. Они методично адаптируются к нашим помехам – прямо в полёте меняют рабочие частоты.

– Враг тоже не стоит на месте, – говорит «Тайпан», не отрывая напряженного взгляда от монитора спектроанализатора. – Мы наглухо закрываем один маршрут – они тут же ищут другой, прощупывают лазейки. Мы меняем точку развёртывания – они сдвигают время вылета. Это постоянные качели, бесконечная игра – кто кого быстрее просчитает и перехитрит.

На эти уловки расчёт отвечает холодной методичностью. Охота на дроны требует не только быстрого подавления, но и кропотливой аналитики. Специалисты скрупулёзно фиксируют скачки частот, наносят на карту маршруты и отмечают малейшие закономерности в тактике вражеских пилотов. Со временем из разрозненных сигналов и радиошума складывается ясная картина обстановки.

– По одним только частотам уже многое можно понять, – добавляет «Чича».

Особенность тактики мобильных групп РЭБ – постоянная смена позиций. Долго оставаться на одном месте опасно: излучение мощных антенн быстро засекается вражеской радиоэлектронной разведкой, после чего в квадрат неизбежно прилетает ответ.

Пока операторы складывают треногу и укладывают кейсы, «Чича» проверяет кабели питания и глушит генератор. Водитель-электрик подчёркивает важную, по его словам, деталь их повседневной работы.

– Иностранные средства связи мы не используем принципиально, – говорит он, застёгивая крышку кейса. – У нас все оборудование российского производства. Мы полностью независимы от западных производителей. Справляемся исключительно своими силами.

Багажник захлопывается. Расчёт занимает свои места. УАЗ срывается с места, разбрызгивая весеннюю грязь, и уходит на новый рубеж дежурства. Там снова генератор, снова писк сигнализатора, снова купол помех над чьими-то домами. Невидимый щит над приграничными районами продолжает работать.

Напомним, стать военнослужащим и защищать Родину может каждый совершеннолетний. Служба по контракту предполагает высокое денежное довольствие, льготы и социальные гарантии. Восстановить воинское звание при поступлении на службу в Вооружённые силы РФ могут граждане Белоруссии, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Молдавии и Южной Осетии.

Предельный возраст для заключения контракта – 65 лет.