В начале марта 1918 года новое правительство России переехало из Петрограда в Москву. Дальнейшее своё нахождение на берегах Невы большевики сочли небезопасным. И тому были основания. На севере после получения независимости Финляндией до государственной границы, проходившей через Белоостров, было немногим больше тридцати километров. На западе немецкие войска стояли под Нарвой и Псковом.

Непростая ситуация

Вместе с другими органами государственной власти в Первопрестольную отправилась и Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК) во главе с её основателем и первым руководителем Феликсом Дзержинским. В освободившееся здание на Гороховой, 2, въехала Петроградская ЧК, председателем которой 10 марта был назначен революционер и большевик Моисей Урицкий. Ему с подчинёнными предстояло в непростой ситуации продолжить дело своих предшественников.

Отношение к ВЧК в нашей стране менялось. В советские годы деятельность чекистов героизировали. В годы перестройки маятник резко качнулся в противоположную сторону: нередко всех без разбора сотрудников ВЧК зачисляли в палачи и садисты.

«История не знает однозначных ответов, – говорит научный сотрудник Государственного музея политической истории России Андрей Мисько. – Нельзя забывать, что первый период деятельности ЧК пришёлся на начало Гражданской войны, ставшей самой драматичной и кровавой формой противостояния политических и социальных сил в стране. Она не могла не наложить отпечаток на деятельность ЧК. Со стороны большевиков практиковался красный террор, узаконенный в сентябре 1918 года в ответ на покушения на жизнь вождей большевистской партии, в том числе на Ленина. С другой стороны, свой, «белый», террор творили антибольшевистские силы и иностранные интервенты. Не надо никого идеализировать или демонизировать. Одну сторону наряжать в тогу мучеников, а другую – в тогу злодеев. Большинство должностей в руководстве ЧК занимали люди, прошедшие царские тюрьмы. Были среди них и террористы. Они не могли быть иными. Они были такими, какими были».

Сотрудничали с чекистами и отдельные сотрудники царского сыска, в частности бывший шеф жандармов Владимир Джунковский, сыгравший немалую роль в становлении ВЧК, помогая профессиональными советами. Именно он стал прообразом для Нила Алексеевича Колычева – одного из героев фильма «Рождённая революцией».

«Но большинство чекистов, особенно в руководстве, – профессиональные революционеры, прошедшие опыт подпольной работы, – поясняет Андрей Мисько. – Они, как никто другой, понимали, что их противники пользуются теми же методами, что и когда-то они сами. Им было легче их вскрыть».

ВЧК была детищем событий октября 1917 года. Штурм Зимнего дворца, арест Временного правительства и другие события происходили под руководством Военно-революционного комитета (ВРК) при Петроградском совете рабочих и солдатских депутатов. Это был временный ситуативный орган, созданный для захвата политической власти. Для масштабной борьбы против того, что большевики считали контрреволюцией, и экономического саботажа, который тогда начинался повсеместно, он не подходил, что и доказали события последних дней октября 1917 года.

Против большевиков 29 октября под руководством Комитета спасения Родины и революции во главе с видными эсерами Абрамом Гоцем и Николаем Авксентьевым выступил личный состав военных училищ Петрограда и Москвы. Юнкера начали действовать достаточно энергично – захватили телефонную станцию, Михайловский манеж, откуда угнали несколько броневиков. Разгорелись уличные бои с верными большевикам воинскими частями, в ходе которых мятежные военные училища были окружены и после артиллерийского обстрела сдались. Почти одновременно началось восстание юнкеров в Москве.

Нарастал саботаж – организованный отказ служащих министерств, ведомств, банков, телефона и телеграфа от сотрудничества с новой властью. Готовилась Всероссийская забастовка служащих, к которой собирался присоединиться исполком профсоюза железнодорожников, что грозило коллапсом перевозок. Участились уличные беспорядки, в том числе погромы винных складов.

Становилось ясно, что для организации борьбы против всего этого, в том числе вооруженных выступлений, ВРК не годился. Он свои цели и задачи выполнил, поэтому было принято решение о его роспуске. И в декабре 1917 года была создана Всероссийская чрезвычайна комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем – ВЧК.

«Чрезвычайные комиссии не изобретение большевиков, – рассказывает Андрей Мисько. – Они создавались и при Временном правительстве, причем для самых разных целей: заготовки дров, расчистки путей от снежных заносов. А в здании бывшего Петроградского градоначальства располагалась Чрезвычайная комиссия по охране города Петрограда во главе с Климентом Ворошиловым. Но ВЧК стала чрезвычайным органом, отвечающим за безопасность новой власти, и обрела особый статус и чёткую структуру со специальными направлениями деятельности отдельных подразделений».

Воссоздание обстановки

Сегодня на Гороховой улице расположен один из филиалов Государственного музея политической истории России – Музей органов государственной безопасности. Центральное место в экспозиции занимает кабинет председателя ВЧК Феликса Дзержинского. Он был воссоздан энтузиастами в 1974 году.

«Была проведена очень кропотливая работа по воссозданию обстановки кабинета. Здесь нет никакого новодела. Этот шведский гарнитур был в здании градоначальства в 1917 году. Очень может быть, что он тут и стоял. Для консультации приглашали чекистов 1920 – 1930-х годов, с их помощью уточняли обстановку комнаты, изучали сохранившиеся фотографии 1920-х годов, воспоминания современников», – предполагает Андрей Мисько.

Когда ВЧК переехала в Москву, кабинет заперли и сохранили его за Дзержинским. А новым хозяином здания стал Моисей Урицкий – председатель Петроградской чрезвычайной комиссии. Первой, как сегодня бы сказали, региональной.

«Вокруг личности Урицкого нагромоздили горы слухов и сплетен. Его рисовали палачом, садистом, фанатиком террора, человеком, не имевшим никаких тормозов, – рассказывает сотрудник музея. – На деле же он был одним из самых «мягких» чекистов. У нас в коллекции есть выписка из протокола заседания Большого совета комиссаров Петроградской трудовой коммуны – главного органа власти в городе, на котором было принято постановление о недопустимости расстрелов и разработке обоснования случаев, когда должно применяться оружие. Но когда считал нужным – Урицкий вёл себя жёстко. Но при этом настаивал, что нужно разбираться в степени виновности каждого человека. В первую очередь расстреливать бандитов, погромщиков, убийц, воров и прочий уголовный элемент, который хозяйничал на улицах».

Стоит отметить, что милиция, которая и должна была поддерживать порядок в городе, бороться с уголовщиной, тогда только создавалась. И справиться с «птенцами Керенского» – тысячами оказавшихся на свободе после огульной амнистии временного приятельства уголовников, она не могла. А вот ЧК был уже организованной и боевой структурой, которая взяла наведение порядка в свои руки.

Председательство Урицкого в Петроградской ЧК было недолгим – уже 30 августа он был застрелен Леонидом Каннегисером.

«Долгие годы он считался чуть ли не святым юношей, который мстил за смерть своего друга, расстрелянного чекистами. Но недавно историки начали склониться к тому, что Каннегисер не был одиночкой, а действовал в тесном контакте с террористической группой, которую возглавлял соратник одного из лидеров эсеровской партии,Бориса Савинкова – Максимилиан Филоненко. В неё входили в основном офицеры, которые по взглядам были куда правее эсеров и которые в выборе средств не стеснялись. Судя по всему, тут идеалистом-одиночкой и не пахнет», – говорит Андрей Мисько.

Первый громкий успех

Петроградская чрезвычайная комиссия стала своего рода испытательной площадкой для других городов Советской России. Здесь первыми создали собственную боевую единицу – отдельную роту, ставшую прообразом Войск ВЧК.

С первых дней работы чекистам пришлось заниматься не только внутренними проблемами, но и отражением внешней угрозы. В частности, под боком была Финляндия, вынашивавшая амбициозные геополитические планы. Весьма активной в этой связи была и финская разведка, и деятельность карельских националистов во главе с бывшим офицером Лейб-Кирасирского полка Георгом Эльвенгреном – этническим карелом. Оставалась и германская разведка, которая, несмотря на Брестский мир, никуда не делась. Так что внешних врагов хватало.

Самым известным эпизодом тех лет стало разоблачение «Заговора послов». Возглавлял его британский дипломат, глава Специальной британской миссии в России и по совместительству крупный разведчик Роберт Брюс Локкарт. В число заговорщиков входили известный международный авантюрист Сидней Рейли и военно-морской атташе Великобритании Френсис Кроми, который имел обширные связи среди офицеров на Балтийском флоте. Немало было среди участников французских дипломатов. Стоит отметить, что в результате событий октября 1917 года Париж оказался самой сильно пострадавшей стороной. Во Франции едва ли не каждый пятый житель был держателем российских ценных бумаг.

Чекистами была проведена блистательная операция: к заговорщикам под видом белогвардейца внедрили сотрудника ЧК Яна Буйкиса, который выявил связи дипломатов с антибольшевистским подпольем. В Петроград для руководства спецоперацией прибыл Феликс Дзержинский, разместившийся вновь в знакомом кабинете. Результатом стало молниеносное взятие штурмом сотрудниками ЧК посольства Великобритании, гибель Кроми и арест основных заговорщиков, в том числе самого Брюса Локкарта. Это был первый громкий успех, заставивший признанных мировых асов разведки считаться с ЧК.