Поэты Петербурга, черпающие силу и мистическую энергетику у своего удивительного города, – своего рода отдельная каста. Они занимают особое место на поэтической карте России.

Анна Андреевна Ахматова была истинно петербургским поэтом. Она сменила множество городских адресов, после чего долгие годы жила в Фонтанном доме, где нынче располагается ее музей.

Поэтесса проводила лето в знаменитой «Будке» в Комарово (теперь это «Ахматовская будка»). На невском ветру, на сквозняке петербургских проходных дворов рождались ее стихи, авторство которых невозможно не определить, даже если речь идет о малоизвестных стихотворениях.

В первые дни ленинградской блокады осенью 1941 года она улетела в Ташкент, избежав и тех ужасов, что достались блокадникам, и – наверняка – смерти. В стихах, написанных ею на борту самолета, – безысходная боль за любимый город: «Птицы смерти в зените стоят. / Кто идет выручать Ленинград?» Душа и помыслы Анны Андреевны оставались вместе с Ленинградом и его горожанами до самого возвращения, да и до конца жизни.

«Но безжалостна эта твердь. / И глядит из всех окон — смерть». В год 85-летия с начала блокады, эти строки, также написанные 85 лет назад, по-прежнему потрясают и переворачивают душу.

А когда мы прогуливаемся по городу ранним мартовским днем, радуясь первому солнцу и ежась от пронизывающего ветра, и проходим мимо Медного Всадника, так и хочется воскликнуть в голос:

Вновь Исакий в облаченье

Из литого серебра.

Стынет в грозном нетерпенье

Конь Великого Петра...

Здесь, в сердце города, все осталось таким же, как было ею запечатлено. Словно и не уходила...