Ложные фасады, маскировочные сети и даже «двойники» зданий помогли ленинградцам в блокаду спасти городские памятники – от Медного всадника до Смольного – от прицельного огня врага, пишет «Вечерний Санкт-Петербург».

Памятники надо было маскировать. Скульптуры и монументы засыпали мешками с песком, закрывали фанерными щитами и деревянными «футлярами», чтобы смягчить осколки и ударную волну.

Для самых ценных объектов – памятников Петру I, Николаю I, египетских сфинксов, мраморных статуй Летнего сада – рыли траншеи и «прятали» их в землю, предварительно точно обмеряя и фотографируя для последующего восстановления.

На мостах, у вокзалов и заводов строили фанерные декорации и фальш-фасады, создавая «ложные цели», чтобы сбить прицел вражеской авиации.

Также ленинградцы надеялись и на обман зрения наводчиков. Прожектора ставили так, чтобы архитектура и мосты давали необычные, «нечитаемые» тени, запутывая пилотов на фоне полностью затемненного города.

Для объемной маскировки использовали сети с лоскутами под цвет листвы и вплетенными ветками, а ботаники разработали способ консервировать срезанные ветви, чтобы они долго не вяли и не выдавали обман. По такому же принципу крыши красили под сезонную растительность: летом – в зеленые тона, осенью добавляли золотые и багряные оттенки.

Смольный институт был «мозгом» обороны Ленинграда. Его одним из первых закрыли маскировочными сетями. Но и этого было недостаточно. Пришлось менять его узнаваемый П-образный силуэт. Таким образом, на площади перед ним поставили макеты домов, а на месте излучины Невы нарисовали «продолжение» реки.

Для заводов и нефтебаз создавали бутафорские «дублеры». Их строили рядом с действующими объектами, чтобы основная масса снарядов и бомб приходилась по макетам, которые каждый раз восстанавливали после налетов.

Высотные ориентиры – шпили и купола – приходилось особенно тщательно маскировать. На местах даже спорили, как красить позолоту, чтобы ее потом можно было снять, использовали специальные составы, не повреждающие тонкий золотой слой. Исаакиевский собор закрывали и перекрашивали так, чтобы с воздуха исчез «маячок» для артиллерии; после этого, как вспоминали участники, прицельный огонь по куполу прекратился.

Сегодня знать истории «культурной обороны» особенно важно. Они показывают, что ленинградцы защищали не только жизни и заводы, но и душу города – его архитектуру, скульптуру, городскую среду.