На Большой Морской
![](https://cdn.spbdnevnik.ru/uploads/block/image/876522/__medium_photo_2024-02-29_19-05-49.jpg.jpg)
Как часто происходит, что человек, оказавшись случайно в месте, где он обыкновенно не бывает, становится свидетелем совершаемого преступления? Конечно, не часто. Ещё реже он обращает внимание на мелкие уличные происшествия. И почти никогда такой человек не подумает сообщить о том, что увидел. Просто не придаст значения. Однако в моей практике случались и иные случаи, причем с весьма нетривиальным сюжетом. Как раз одну такую историю, довольно несчастную, я и опишу.
Совсем недавно ко мне пришла девушка около 30 лет, скромной внешности. Одета была в обычные джинсы и свободную футболку, края которой она постоянно перебирала. Рассказ она начала сбивчиво и издалека, постоянно извинялась, что занимает мое время такими глупостями. А я, собственно, ещё даже и не понял, в чем дело.
– Переходите, пожалуйста, к сути. Вы увидели что-то странное? – спрашиваю.
– Да. То есть мне так кажется. Возможно, я ошибаюсь. Второй раз уже. У Дворцовой. Оба раза рядом, но в разных местах.
– Хорошо. Что именно вы увидели?
– Знаете, это так странно. В общем, мужчина заталкивал этих кукол, ну, тех, что гуляют по площади и улицам. В фургон.
– А что здесь криминального? Может, он так забирал их после рабочего дня? – улыбнувшись, сказал я.
– В первый раз я так и подумала. Но вот во второй раз все было не так мирно. Кукла вырывалась и хотела убежать, но, сами понимаете, в таком костюме не разбежишься.
– Так-так. Когда это случилось?
– Где-то неделю назад.
– Почему же вы не сообщили сразу?
– А вдруг мне показалось? Зря только шум подниму. Да и не знала, куда обратиться.
– Что же, давайте попробуем разобраться. Если пропали люди, об этом кто-то должен был сообщить. Кто-то должен искать пропавших. Так, а номер этого фургона вы не запомнили?
– Нет. Могу только указать места, где его видела.
Мне оставалось довольствоваться только этой информацией. Дело было действительно странным, явной трагедии здесь с первого взгляда не просматривалось. Да и общественной выгоды в расследовании этого дела никакой не было, кроме успокоения скромной посетительницы. Возможно, здесь сыграло чувство долга, за годы работы ставшее профессиональной привычкой, возможно, спортивный интерес, который не покидает меня и сегодня, но я все-таки решил собрать дополнительную информацию.
В указанных девушкой переулках камер не было. По описанию: красный старенький фиат, номера неизвестны. Чтобы отследить этот фургон, нужно было просмотреть несколько сотен записей. Это задание я отдал своему помощнику Петрову. А сам позвонил Кузнецову из МВД с просьбой собрать заявления о пропавших без вести за последние две недели. Не так давно я снова помог ему в деле о похитителях шуб, так что он обрадовался моему звонку и пообещал все организовать.
Можно было бы привлечь ещё пару агентов для наблюдения на особо «популярных» местах: Большой Морской и Дворцовой, но я решил заняться этим сам, следуя своему принципу чередования кабинетной и полевой деятельности.
Около 18.30, то есть когда рабочий день у кукол подходил к концу, на Большой Морской я заметил фургон, похожий на ориентировку, полученную от девушки. На своем любимом городском, но очень легком и быстром велосипеде я вел наблюдение около полутора часов. Тот размеренно двигался по вечернему трафику и не уезжал далеко, в основном кружил от Александровского сада до Михайловского. Похоже было на то, что водитель либо искал нужный адрес, либо кого-то. Как стемнело и стало меньше машин, фургон смог оторваться от меня на Троицком мосту.
На следующий день пришли данные о пропавших. Ясности они не внесли. За две недели в Петербурге пропали 127 человек. Я отсеял детей и пожилых. Затем предстояла кропотливая работа по выяснению места работы пропавших. Конечно же, кукол никто нигде не оформлял официально. К концу дня в моем списке осталось около 30 человек. Я устало откинулся на спинку кресла. Кресло жалобно заскрипело, предчувствуя ещё один день под тяжестью моего тела. Я вполне разделял его мнение. Но нашим печалям не суждено было сбыться.
Утром радостный Юдзелевич притащил мне костюм.
– Иван Дмитриевич, достал для вас! Дефицит, хотя уже и конец сезона. Держите.
Я развернул сумку. Костюм осла. Оставалось надеяться, что это одеяние не будет пророческим.
Облачение в ростовую куклу далось мне с некоторым трудом. Во-первых, я понял, почему на эту работу берут ребят помоложе. На моих габаритах уже возлежал груз прожитых сорока лет, и они со всей своей мудростью и опытом еле влезли в костюм. Во-вторых, непросто было освоиться и с управлением «нового тела»: на ногах большие «копыта», голова тяжёлая. Потеряв равновесие, я чуть было не упал на помогавшего мне Юдзелевича. В-третьих, обзор ограничен самым драматичным образом, приходилось перемещаться очень осторожно. Но отступать было некуда, потоптавшись у себя в офисе с час-другой, я наконец-то был готов к работе. Время подходило к полудню. Это обстоятельство я ощутил вполне, когда уже прибыл на место. Солнце палило нещадно, легкий ветер практически не ощущался в костюме. Зато вокруг меня вились маленькие дети, которых практически совсем не было видно, а они все норовили встать поближе и просили спеть песню из «Бременских музыкантов». Один из подошедших ребят спросил с сочувствием: «Ну что, как ты там? Представляю, как тебе жарко».
Наконец, видя мою популярность, ко мне подкатил конкурент из местных – единорог:
– Чего здесь трешься? Кто здесь поставил? Это наша территория.
– Я от Димы, – невозмутимо ответил я. – Его дело предупреждать, а мое – работать. Есть вопросы – иди к нему.
Единорог потерся около меня пару минут, видимо, задумавшись, кто такой Дима, и отошёл вперёд по улице. Периодически он приближался ко мне, делая какие-то знаки. Приходилось отрабатывать свою роль. Бросаться к прохожим обниматься или лезть с дурацкими вопросами. Время шло мучительно долго. Я поглядывал на стрелки часов, но казалось, что они тоже склеились от такой жары. Воздуха не хватало. Хотелось сжечь этот мерзкий костюм, пропахший затхлой плесенью и куревом. Но страдания мои были вознаграждены. Около 18 позвонил Смирнов.
– Вижу тот самый фургон, направляется к вам, Иван Дмитриевич.
Если даже таинственные похитители кукол не планируют сегодня ничего, следовало подтолкнуть их к этому, париться в этом костюме я уже был не в силах. Опустив голову, чтобы иметь возможность видеть проезжающие мимо автомобили, я встал возле обочины. Долгожданный фургон появился на горизонте, и я решил привлечь к себе внимание, махая руками прохожим и проезжающим автомобилям. Но фургон проехал мимо. Из-за сетки на дурацком костюме водителя мне разглядеть не удалось. Дальше события развивались стремительно. Я повернулся проследить за фургоном. Увидел, что тот все же остановился. Водитель вышел. Он был в медицинской маске и начал открывать дверь кузова. Я пошёл к нему, приветственно махая и приглашая сфотографироваться. И вдруг он, развернувшись ко мне, ловко ухватил меня за костюм. Я потерял равновесие, сил сопротивляться у меня уже на было, и через минуту я лежал в полной темноте и прохладе на полу фургона.
Понять, куда меня везут, не было никакой возможности. Я сначала стучал в кузов, но он был обит мягким материалом, который не давал шума. Пришлось удобно устроиться на ослиной голове и предаться размышлениям о нашем пункте прибытия. Поворотов было немного, в основном автомобиль двигался прямо и довольно быстро. Я предположил, что мы выехали из города и едем по какому-то шоссе. По ощущениям путь наш занял около часа. Когда фургон остановился и водитель открыл двери, я мог оглядеться. Место было лесное, напоминало заброшенный особняк. Бежать мне не было смысла, никакого оружия у этого странного субъекта я не наблюдал. Но все время оставался начеку. Похититель отобрал у меня телефон, обыскал, связал руки и повёл по натоптанной тропинке вдоль забора. Вскоре забор закончился и можно было пройти внутрь. Я попытался было завести разговор, но он не проронил ни слова. Пожалуй, другие несчастные куклы могли бы даже кричать и звать на помощь. Но, видимо, мы находились в такой глуши, что похититель даже не потрудился заклеить мне рот. Ещё одной причиной моего спокойствия было то, что в одном из копыт моего ослиного костюма мы спрятали GPS-трекер, и Юдзелевич скорее всего был уже где-то рядом.
Мы шли вдоль одной из построек, штукатурка на ней облезла и открывала ровные ряды красного кирпича. Кирпичи были фактурные, местами выпуклые и разного размера. Кое-где можно было наблюдать рассыпавшиеся от времени кирпичи, но оставшиеся целыми пустые известковые ячейки. Следовательно, здание ещё дореволюционной постройки. Неужели мой таинственный похититель поведет меня внутрь? Что он задумал?
Ответ ждал за поворотом. В стороне от главного здания стояла небольшая двухэтажная постройка. Первый этаж был таким же кирпичным, как и основная часть усадьбы. А вот второй был деревянным, и на окнах я успел разглядеть занавески. Похититель открыл входную дверь и подтолкнул меня к следующей, которая выделялась на общем ветхом фоне своей сейфовой основательностью. Мы поднялись. Я заметил несколько комнат, одну из которых мой таинственный молчун открыл. Я зашел и приятно удивился увиденному там: в комнате сидели человек пять, все в костюмах ростовых кукол. Похититель так же молча указал мне на дверь, потом на камеру у потолка и провел ладонью вдоль шеи.
Впоследствии в разговоре с несчастными жертвами я узнал, что те даже ни разу не решились на побег, будучи испуганными таким странным поведением. Связывало похищенных лишь то, что они работали в ростовых куклах в центре города. Возраст бедняг был абсолютно разный. Среди них было две девушки и трое мужчин. Они совершенно отчаялись и были на грани нервного срыва. Хотя условия их были вполне сносные: как выяснилось, похититель раз в день привозил им и воду, и еду. А в углу за занавеской была даже оборудована небольшая туалетная комната. Все это вместе взятое только подстёгивало мой интерес и любопытство.
Я бы мог сразу вызвать Юдзелевича. Да, телефон у меня этот коллекционер кукол отобрал, но костюм осла оказался вместительным: кроме моего объемного тела, туда влезла старая кнопочная «Нокиа». Ей-то я и собирался воспользоваться, но дело осложняло видеонаблюдение. Конечно, я допускал мысль, что это всего лишь муляж. Но в нашем деле острожность прежде всего. Поэтому дождавшись темноты, я снял костюм и завернулся в него так, чтобы меня не было видно. Списался с Юдзелевичем. Он уже обнаружил камеры у дома, а потому выжидал сигнала от меня. Я сообщил ему, во сколько похититель обычно приезжает с провизией, и велел связаться с Кузнецовым для подготовки к задержанию.
На следующий день в назначенное время Кузнецов и Юдзелевич взяли похитителя и вызволили нас из заключения. Место было вполне себе – заброшенная дача в Парголово. Нашего похитителя поместили в изолятор временного содержания. А после допроса мы узнали, что же двигало этим странным человеком.
* * *
Владимир Тащилин, так звали похитителя, когда-то был образцом счастливой семейной жизни. Как-то вечером его жена Анна и маленькая дочка Алиса ждали его после работы, прогуливаясь по Невскому. Рука в руке, они шли вдоль магазинов и кафе, заслуживая взгляды прохожих, они были обе настоящие красавицы. Владимир заприметил своих девочек издалека, но далее то, что он увидел, навсегда изменило его жизнь. К ним подошла сперва одна кукла в костюме единорога, попросив телефон, сфотографилась, потом присоединилась ещё одна. Затем они взяли Анну и Алису за руки и потянули через перекрёсток с Большой Конюшенной в сторону Дворцовой площади, чтобы сделать фотографии на Зеленом мосту. Однако они отказались, попытались вырваться из лап назойливых животных, требований денег за фото. На этом месте жену и дочку Владимира настиг нетрезвый водитель.
Водитель был арестован, осужден. Но главными виновниками той аварии мужчина посчитал тех ростовых кукол, которые пристали к его любимым. Позже он наблюдал похожие картины. Женщины и детки, не задумываясь о последствиях, соглашались сфотографироваться с подошедшими забавными зверушками. Но, когда аниматоры навязчиво просили у растерявшихся прохожих на золотые копыта, вмешивался. Это было благородно. Но совершенно понятно и то, что со временем его рассудок, потрясенный таким горем, не выдержал и уступил место умопомрачению, нашедшему выход в очищении города от злосчастных кукол…