– Сергей Петрович, вас всегда просят вспомнить о том, как вы забросили победный мяч в решающем матче за золотые медали чемпионата СССР с ЦСКА в 1975 году. У вас это не вызывает чувства досады, как у футболиста «Зенита» Юрия Желудкова, которому надоели вопросы о голах в ворота «Спартака» в 1984-м?

– Чувства досады нет. И не понимаю, почему Желудкова раздражают вопросы о тех голах, он же не в свои ворота забил. Тот бросок, конечно, запомнился многим. Мы по ходу встречи уступали армейцам 17 очков, но продолжали играть в свой баскетбол. За семь секунд до конца матча мне удался мой бросок.

– Это было везение или наигранный элемент?

– Это не был какой-то случайный бросок. На тренировках я часто бросал из-за шестиметровой дуги. У меня была уверенность, что попаду. Был кураж, который бывает только у молодых.

– Победу в чемпионате СССР считаете главным своим достижением?

– Мы в 1975 году выиграли еще и Кубок обладателей кубков европейских стран, победили в финале «Црвену звезду» из Белграда. Это был очень сильный соперник, к тому же судейство в наших матчах не всегда было объективным.

– Почему ленинградский «Спартак» тогда не выступил в Кубке европейских чемпионов?

– Владимир Петрович Кондрашин тогда тренировал и «Спартак», и сборную СССР. Решили, что выступление клуба в Кубке чемпионов помешает подготовке сборной к Олимпиаде 1976 года в Монреале.

– Вы играли за молодежную сборную СССР, но не удалось сыграть за национальную команду на Олимпийских играх, чемпионатах мира и Европы.

– Кондрашин меня привлекал в сборную на товарищеские матчи, но после Олимпиады-1976 его сменил Александр Гомельский. Он взял меня на пару турниров, а потом стал приглашать на эту позицию других баскетболистов.

– За что вы в детстве полюбили баскетбол?

– Это умная игра. Только кажется, что это игра лишь для высокорослых. Я по меркам баскетбола невысокого роста, но играл за счет того, что думал на площадке.

В школе у нас была замечательная учительница физкультуры, она организовала команду, мы выиграли первенство Ленинграда своего возраста. Матчи смотрел Кондрашин, он решил троих пригласить в школу «Спартака». Как и все дети, мы тогда уперлись: или берите всех или никого. Владимир Петрович взял всю команду. Кондрашин – главный тренер моей жизни, я только у него играл, начиная с детства.

– Чем занимаетесь сейчас? Играете за ветеранов?

– Вышел на пенсию, а до этого работал в банке. Когда закончил играть, недолго поработал тренером, это очень трудно. В ветеранских матчах участвую, хотя на площадку мне выходить непросто, у меня же сделаны операции на суставах. Нас, чемпионов СССР, осталось в Петербурге двое – я и Михаил Силантьев.

– Как-то специально готовитесь к полуденному выстрелу из пушки Петропавловской крепости?

– Я уже однажды стрелял – в честь юбилея спортивного клуба «Спартак». Мне тогда артиллерист сказал: «Не надо бояться. Оглушит не нас, а тех, кто стоит дальше».

Приятно, что нас не забыли, что еще есть болельщики, которые помнят «Спартак» Владимира Петровича Кондрашина и нашу победу.