Яндекс.Метрика
  • Александр Малькевич

Александр Малькевич: «Журналистов на освобожденных территориях можно сравнить с бойцами, которые находятся на передовой»

Журналист, член Общественной палаты РФ рассказал о ситуации на границе ДНР и России и о том, в каких условиях работают сотрудники СМИ в Донецке
Фото: из личного архива колумниста

В Донецке живут люди-герои. В последнее время бензин там отпускался по талонам и только местным жителям. Хорошо, что ситуация сейчас нормализовалась. Но вода, по-прежнему, подается по 2 часа три раза в неделю, а у некоторых людей ее вообще нет. Люди с машинами везут в багажниках по несколько 30-литровых баклажек с водой. Как живут и работают в организациях, да ещё под постоянными обстрелами, нормальному человеку представить невозможно. Самое страшное, что новости про очередные обстрелы звучат совершенно буднично. Но с другой стороны они леденят душу.

Погибла женщина в собственной квартире от залетевшего снаряда: получается нигде и никому нельзя укрыться. Всегда писал и говорил, что Луганск – самый безопасный город, но теперь и это не так. Несколько дней назад в здании Генпрокуратуры произошел теракт: взорвали бомбу, заложенную в кабинете генерального прокурора, погиб он и его заместитель. Смертельный удар нанесли ВСУ по общежитию колледжа в Перевальске, где жили дети-сироты. Они обстреляли его на рассвете. Погибла девушка, шесть человек были ранены.

Журналистов в ДНР и ЛНР вообще можно сравнить с бойцами, которые находятся на передовой. Они делают свою работу под непрекращающимися обстрелами. Об одном таком происшествии мне рассказал генеральный директор донецкого телеканала «Оплот-ТВ» Константин Медяник. В субботний день в Донецке произошел очередной обстрел, снаряды попали в здание телекомпании. На рабочих местах в это время находились журналисты, которые готовили выпуск новостей. И так получилось, что все они девушки от 20 до 25 лет. По счастливой случайности одна из них вышла в тот самый момент, когда снаряд залетел в кабинет. Когда вернулась, то увидела отверстия в окне на уровне ее головы, разбитый монитор и компьютер. Журналистку пришлось отпаивать сильнодействующими успокоительными средствами. Совершенно немыслимая ситуация, когда в 21-м веке журналист может умереть на своем рабочем месте!

Параллельно случаются перебои со светом, нет воды. И все это происходит в городе-миллионнике. Не перестаю восхищаться во всем этом беспределе коммунальными службами Донецка. Там работают настоящие герои, которые появляются через считаные минуты после удара и ликвидируют его последствия. Конечно, не все выдерживали, кто-то пытался на время отправить из города детей или уехать самостоятельно, но это было до объявления референдума.

Было время, когда на границе образовывались очереди: люди пытались переехать к новому учебному году. Помню, как в конце августа на пункте пропуска «Новоазовск» образовалась очередь длиной в несколько километров. Люди пытались попасть в Ростовскую область. Жара, духота, давка, машины стояли в три ряда…Разговорился с людьми уже у шлагбаума. По признанию одной из женщин, на границе с детьми она находилась уже больше суток: спали в машине, умывались из бутылки, продвигались в час по чайной ложке. Дорога из Мариуполя в Ростов занимала у людей два полных дня, хотя ехать там максимум три часа. Не замечать такое невозможно. Всё понимаю: конец лета, выходные, родители перед школой торопились реализовать последние приготовления. Знаю, что ситуацию сейчас исправили, но нельзя допускать повторения.

К примеру, можно было поставить дополнительные наряды, сделать «выделенные» полосы для строителей, которые торопятся, потому что им нужно строить дома. Конечно, я не специалист в вопросе организации допнарядов на границе, но профи в другом. И поясню: люди в очереди были доведены до такого состояния, что были готовы бросаться друг на друга (и бросаются). Достаточно в эту очередь поставить одного «журналиста» из СМИ-иноагентов или блогера-провокатора «оттуда» – и им ничего выдумывать не надо будет. «Очередники» сами всё им скажут… Справедливости ради стоит отметить, что власти отреагировали на ситуацию. И когда спустя пять дней я той же дорогой возвращался обратно, проблема была решена.

Закрыть