script async src="https://widget.sparrow.ru/js/embed.js">
Яндекс.Метрика
  • Марина Паноинте

«Наша планета невероятно прекрасна – вид из космоса это подтверждает!»: Андрей Борисенко – о том, что значит быть космонавтом

В преддверии Дня космонавтики «Петербургский дневник» встретился с летчиком-космонавтом, Героем Российской Федерации Андреем Борисенко и побеседовал о специфике профессии космонавта, состоянии невесомости и впечатлении, которое производит вид планеты Земля из космоса
Фото: Роман Пименов/«Петербургский дневник»

– Андрей Иванович, расскажите, пожалуйста, что самое сложное в профессии космонавта?

– Я думаю, что самое сложное в нашей профессии – это дойти до ее вершины, то есть полета в космос, и по пути к этой цели не сломаться, профессионально не перегореть, не подорвать свое здоровье. Наверное, вот это самое сложное. Важно понимать, что время, необходимое для прохождения этого пути – очень долгое. То есть от момента отбора в отряд космонавтов до выполнения первого космического полета проходит, как правило, пять-семь лет. Есть даже такой своеобразный антирекорд – я знаю космонавта, который первый свой космический полет ждал 12 лет.

Конечно, слово «ждал» здесь не совсем правильное. Потому что то время, которое проходит от момента отбора до первого космического полета заполнено всевозможными тренировками, занятиями, прохождением различных тестов, в том числе психологических. Эти пять-семь лет нужны для того, чтобы набрать необходимый профессиональный уровень, получить весь тот обязательный объем знаний и сформировать все те навыки, которые потребуются космонавту в его профессиональной деятельности. То есть это фактически второе высшее образование.

– К чему стоит быть готовыми тем, кто хочет стать космонавтом?

– При всех тех условиях, которые я описал, важно понимать, что если ты прошел весь курс подготовки и необходимых тренировок, обстоятельства, которые от тебя не зависят, могут сложиться таким образом, что в космос ты в итоге не полетишь. То есть останешься космонавтом-испытателем, не став летчиком-космонавтом. И это, наверное, самое сложное. Количество таких космонавтов, которые в итоге в космос так и не полетели, достаточно большое. По нашим прикидкам, с момента полета в космос Юрия Алексеевича Гагарина и до наших дней это примерно 30 процентов из тех, кто проходил подготовку и обучение. Опять же хочу подчеркнуть, что, как правило, это происходит по независящим от самого кандидата на полет причинам. И понимание этого, на мой взгляд, – одна из самых сложных профессиональных особенностей космонавта.

– Какие задачи стоят перед космонавтами во время космических командировок?

– Самая главная задача – это, конечно, работать. И не просто работать, а работать хорошо, полностью выполняя ту программу полета, которая изначально формируется для каждого космонавта индивидуально и которую ты обязан выполнить за время своего космического полета. Эта программа состоит из разных видов деятельности космонавта на борту – это работа с научной аппаратурой, это работа с бортовыми системами и другие виды космических работ, таких как ремонтно-восстановительные, разгрузочно-погрузочные и прочие.

Безусловно, много времени приходится уделять и нашей повседневной жизнедеятельности на орбите – такой же, как на Земле – это прием пищи, сон и так далее. Кроме того, в ежедневные обязанности космонавта входит занятие спортом два с половиной часа в день. Независимо от настроения, желания, состояния ты должен это время потратить на те виды физических тренировок, которые доступны на борту. Мы занимаемся физкультурой на беговой дорожке, велоэргометре и специальном тренажёре, который даёт нагрузку на все группы мышц. Что очень важно.

Собственно говоря, в этом вся работа и заключается.

– Какие черты характера важны для того, чтобы стать космонавтом?

– На мой взгляд, основная черта характера – это целеустремленность. Без веры в свои силы, без понимания того, что, как бы тяжело ни было готовиться, все равно, если все сложится хорошо, ты все-таки дойдешь до вершины своей профессии – выполнения космического полета. Поэтому целеустремленность – это та черта характера, без которой, в буквальном смысле, не взять эту космическую высоту.

– Стать космонавтом – это везение, огромный труд или все-таки предназначение?

– Я думаю, это и везение, и огромный труд. Оба условия являются необходимыми. Что касается предназначения – я бы, наверное, не стал использовать это слово в данном случае. Для меня быть космонавтом – это, скорее, стиль жизни, который накладывает много ограничений не только на самого космонавта, но и на тех, кто находится рядом – его жену, мужа, если это женщина-космонавт, детей, которые тоже в своей повседневной жизни вынуждены следовать многим ограничениям, существующим в нашей профессии. Но больше всего ограничений, конечно, ложится на самого космонавта. От остальных членов семьи требуется понимание и принятие тех ограничений, которые выполняет их муж или папа.

– Что вас больше всего поразило во время первой командировки на МКС?

– Во время первой космической командировки меня не то чтобы поразил, скорее, удивил такой необычный, именно внеземной опыт – это состояние невесомости, в которую окунаешься буквально с первых секунд после выхода на орбиту. И, конечно, не менее поражает и воодушевляет вид Земли из космоса. Он совершенно потрясающий. Наверное, в первую очередь, это обуславливается тем, что в полной его красоте ты можешь увидеть его только своими глазами с борта космического корабля. К сожалению, ни видеоматериалы, ни фотоматериалы не передают всего того впечатления и всей той красоты, которая есть на самом деле. Потому что даже самая совершенная современная техника все-таки хуже передает тот градиент цвета, который способен воспринять человеческий глаз. Поэтому, к сожалению, для того чтобы увидеть всю внеземную красоту нашей планеты – для этого нужно лететь в космос.

– С чем можно сравнить состояние невесомости?

– Действительно, состояние невесомости – это то состояние, которое на Земле в полном объеме промоделировать практически невозможно. Наверное, отчасти это сопоставимо с тем, если представить мысленно тот момент, когда мы в тот или иной период своей жизни качались на качелях. Наверняка вы помните то мгновение, когда ты находишься в самой высшей точке траектории движения качелей – в этот миг у тебя внутри словно все замирает, возникает такой внутренний «Ах!» перед тем, как качели начинают движение обратно вниз. В космосе в состоянии невесомости возникает именно такой «Ах!». Только на Земле это длится мгновение, а в космосе он остается с тобой на время всего космического полета.

– Возможно ли к этому состоянию привыкнуть или каждый раз – как в первый раз?

– Конечно, космонавты к этому привыкают, но, скажем так, удобство или радость того, что ты эти ощущения испытываешь, лично меня не покидало в течение всего космического полета – и первого, и второго. Мне состояние невесомости очень нравилось, мне было в нем комфортно. Хотя, конечно, невесомость – это обоюдоострое явление природы. То есть, с одной стороны, оно приятно, потому что позволяет делать многие вещи, которые в земных условиях гравитации делать в принципе невозможно. А с другой стороны состояние невесомости провоцирует многие неприятные вещи, с которыми приходится бороться. Например, космонавты не просто так в обязательном порядке каждый день по два с половиной часа занимаются физкультурой. В состоянии невесомости организм расслабляется, мышцы могут атрофироваться, если вообще не заниматься спортом. Более того, есть такой нюанс, что если в течение 18 суток космонавты или астронавты не занимаются показанными физическими нагрузками – например, если вышли из строя все спортивные тренажеры на борту, – то через 18 суток необходимо принимать решение о срочном спуске экипажа с орбиты. Потому что если упражнения не выполнять, то, к сожалению, велика вероятность, что на Землю космонавт живым не вернется.

– Трудно ли проходит адаптация по возвращении на Землю?

– Наверное, здесь нужно разделять два этапа адаптации к земным условиям. Первый этап адаптации – это субъективный, то есть когда тебе кажется, что ты уже полностью восстановился, у тебя все хорошо, ты спокойно ходишь, даже уже немного бегаешь. Субъективно все последствия космического полета уже сошли на нет. Этот этап длится сравнительно недолго – две-три недели.

Если же говорить об объективном контроле, который показывает работу внутренних органов, химический состав крови и так далее, то здесь ситуация совершенно другая. Как показывает практика, для реабилитации после космического полета требуется столько же времени, сколько проходил сам полет. То есть если ты неделю пробыл в космосе – ты реабилитируешься неделю, полгода в космосе – значит, полгода потребуется твоему организму восстанавливаться, год в космосе – значит год восстановления, а может, и немного больше.

– Способен ли организм человека восстановиться полностью после полетов в космос?

– Важно понимать, что не все дополетные параметры организма восстанавливаются в полном объеме. Есть некоторые вещи, которые, к сожалению, от полета к полету организм космонавта теряет безвозвратно. Например, в условиях космического полета происходит достаточно серьезная потеря кальция в костных тканях. После полета, во время реабилитации, когда восстанавливается весь объем физических повседневных нагрузок, восстанавливается и кальций, но, как правило, не до первоначального состояния. Некоторая доля процента все-таки теряется безвозвратно.

Поэтому, безусловно, на борту есть витамины, которые для космонавтов подбираются индивидуально. Но организм человека – это такая сложная система, которой невозможно полностью управлять. То есть если ты очень долго потребляешь витамин, который добавляет кальций в твою костную ткань, – это не значит, что он усвоится полностью или не будет выводиться из организма.

Есть много разных нюансов и сложностей. Мы о них знаем, мы их учитываем, но важно понимать, что есть профессиональные издержки, от которых на сегодняшний день никуда не деться.

– Как отдыхают космонавты на МКС? Может быть, есть какие-то «секретные» способы?

– Наверное, у каждого космонавта есть свой маленький секрет. Кто как отдыхает – это очень индивидуально, потому что у каждого человека есть свои интересы, свои пристрастия. Что касается меня, то кроме таких понятных всем вещей, как звонки близким и друзьям, в свободное от работы время я отвечал на электронные письма, слушал музыку или смотрел фильмы, которые нам на борт передает так называемая группа психологической поддержки.

Но самым главным удовольствием и одним из любимых видов отдыха для меня всегда было наблюдение Земли через обзорный иллюминатор на российском сегменте МКС и из обзорного модуля на американском сегменте МКС, которые дают возможность наслаждаться совершенно фантастическими видами Земли. Картинка, которая открывается перед глазами космонавтов, зависит от очень многих факторов. Например, от высоты солнца над горизонтом, от времени года, от прозрачности атмосферы, от времени суток и так далее. Каждый раз впечатления от того вида, который открывался перед нами, совершенно невероятные. Даже если это одни и те же участки местности – вид у них разный. Соответственно, получаешь разные эмоции, но эти эмоции всегда положительные. Я могу сказать абсолютно точно, с металлом в голосе, что наша планета Земля – прекрасна в любое время года и суток и при любом освещении. Мне повезло – у меня было две космические командировки, во время которых я видел Землю в течение года.

– Чего вам хотелось бы пожелать тем ребятам, которые решили связать свою жизнь с профессией космонавта?

– В первую очередь – целеустремленности и твердой веры в себя. Это действительно очень непростой путь во всех смыслах, и если вдруг на нем возникают какие-то сомнения в правильности очередного шага на этом пути, то нужно задать себе вопрос: этот шаг приближает меня к моей цели или наоборот – отдаляет? Сделать выводы и двигаться вперед.

Закрыть