Туристы, с одной стороны, жалеют лошадок, которые в полуденное пекло зарабатывают деньги для своих хозяев. А с другой – пока они платят за эту услугу, бизнес будет процветать. Навести порядок с гужевыми повозками может только ГИБДД, потому что все прочие правила их хозяева не нарушают. Для этого, по-видимому, понадобится повесить повсюду запрещающие знаки.

Здесь вам не степь

«Лошадь – степное животное, привычное к жаре. Так нам обычно говорят владельцы лошадок и те, кто их эксплуатирует, – комментирует ситуацию зоозащитница Динара Агеева. – Но они упускают из виду, что в степи лошадь ведет себя активно, скачет на просторе, а не стоит часами в ожидании, пока ей разрешат поехать. Насильственное обездвиживание, разбитые об асфальт копыта, постоянный стресс от машин. Все это не только вредит лошадям, но провоцирует опасность для клиентов, ведь лошадь в таком взвинченном состоянии может даже встать на дыбы».
Динара Агеева считает, что единственный метод борьбы – это огласка, дабы клиентов у такого бизнеса становилось все меньше.

Волонтер движения «Голоса за животных» Настасья Буланская добавляет неприятных подробностей: чтобы лошади поменьше оставляли луж и куч, их почти не кормят и главное – не поят.

«Три года назад мы провели специальное исследование: дежурили на Дворцовой площади 8 дней подряд с утра и до вечера, – рассказывает она. – Так вот, основная кормежка начиналась после шести вечера, когда Эрмитаж закрывался и людей на площади становилось меньше. Были добрые работницы, которые относились к лошадям ласково, но были и такие, которые даже сбрую с них не снимали, когда поили водой».

По подсчетам Настасьи Буланской, за один кружок по Дворцовой площади шестиместная коляска зарабатывает 1800 рублей. Кружок по Миллионной и вокруг Марсова поля стоит уже 2000 рублей с человека, значит, на нем можно заработать 12 тысяч. В 2018 году карет было не меньше четырех, сейчас обычно две. Но и они могут стать источником неприятностей для водителей. «Мы обращались к общественным организациям автомобилистов, – говорят зоозащитники,  – но там сказали: пусть ездят, они нам не мешают».

Знаков нет, значит, можно

Пресс-секретарь Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности Кирилл Закревский разъясняет, почему действия возниц не подпадают под уголовную статью о жестоком обращении с животными. Даже если информация о том, что им дают мало воды, подтвердится.

«Согласно диспозиции статьи, важна мотивация, – говорит Кирилл Закревский. – Если истязатель не имел цели: причинить животному боль, то доказать его умысел будет очень сложно. Не менее сложная ситуация с правилами дорожного движения: если на какой-то улице нет дорожного знака, запрещающего гужевые повозки, значит, любая повозка может здесь проехать».

Между тем поскольку для управления лошадью не нужны права, то возницей может стать любой подросток, достигший 14 лет.

В современной России происходит не так много ДТП с участием гужевых повозок, но самое громкое из них имело место как раз в Петербурге – в 2007 году, когда из-за врезавшейся в повозку машины погибла девочка, сидевшая рядом с возницей. Именно тогда в городе заговорили о карте маршрутов, где будет позволено появляться лошадям, дабы они не мешали машинам и сами не страдали от них. Карту уже начали составлять, но инициатива заглохла, поскольку организация дорожного движения – прерогатива федеральных властных структур. Нельзя менять в отдельно взятом городе общие Правила дорожного движения, пояснили корреспонденту «Петербургского дневника» в УГИБДД, поэтому наилучшим выходом посчитали устный компромисс. Лошади теперь не появляются ни на Невском, ни на набережной, где быстрое движение.

Как электросамокаты

«Еще один способ навести порядок – проводить рейды с участием представителей администрации и городских ветеринаров, – убежден начальник Управления ветеринарии Юрий Андреев. – У возниц смотрят сопроводительные документы, проверяют лошадей на болезни, потому что некоторыми опасными болезнями: сапом, сибирской язвой и лептоспирозом лошади могут заразить людей. Проверяют по клейму или чипу, не фальшивые ли у лошади документы. Если все в порядке, возницу отпускают».

Как выяснилось, случаев, когда лошадь приходилось изымать, пока не зарегистрировано, да никто и не представляет, что делать в таких случаях.
Юрий Андреев добавляет, что всадник, в отличие от возницы, вообще не является участником движения: в результате он, если и попадает в центр города, то, как правило, по тротуару. Естественно, пешеходам это не очень нравится. Положение у него как у электросамокатчика: не запрещено значит разрешено.

В администрации Центрального района отмечают, что «рейды по лошадкам» в этом году не предусмотрены. Во-первых, из-за коронавируса предстоит много работы по торговым и пищевым точкам – гораздо больше, чем в прошлом году. Во-вторых, на лошадей пока нет жалоб. По сравнению с 2018 годом конных повозок стало действительно меньше.