Это Питер, детка!

Сегодня – Всемирный день метеоролога. Петербург имеет к празднику самое прямое отношение. Во-первых, в Северной столице расположена старейшая в стране и мире гидрометслужба. А во-вторых, не будем забывать, что город на Неве – благодатный источник для метеонаблюдений. Только у нас можно утром выйти в лето, а вернуться промокшим до нитки и обдуваемым всеми ветрами с нежными хлопьями снега. И только наши жители ласково объясняют любые природные катаклизмы привычной фразой «Это Питер, детка!».

В интервью «Петербургскому дневнику» специалисты рассказали, как устроена система метеонаблюдения, за что их лишают премий и что метеорологи делают в Антарктиде.

«Вы бы приехали к нам в гости и увидели все сами», – начал рассказ о метеорологической службе Александр Колесов. С главным синоптиком нашего города всегда общаемся по телефону, и это надо исправлять, конечно. По словам Александра Михайловича, всегда приветливого и вежливого, гидрометслужба – это не только синоптики и прогноз погоды.

«Сейчас у всех на устах только метеорология и погода. Но гидрометслужба – огромный механизм. Это гидрологи, агрометеорологи, океанологи. О них вспоминают реже. Когда приходит паводок весной, все вспоминают: ага, есть же гидрологи! Это же они составляют прогнозы по весеннему половодью, – справедливо возмущается синоптик. – Зимой сложная ледовая обстановка – вспоминают про океанологов, которые изучают, как распределяется лед в Финском заливе. Про агрометеорологов вспоминают еще реже, потому что они сейчас не очень востребованы. Однако в 2016-2017 годах, когда нас заливало дождями, а потом была очень холодная погода, все вдруг вспомнили про агрометеорологов, потому что надо было подтвердить гибель урожая».

Сейчас старейшая гидрометслужба страны находится в здании на 23-й линии Васильевского острова. Ее история началась в 1849 году. Тогда была учреждена главная физическая обсерватория. В ее функции входило «исследование страны в геофизическом отношении, производство и организация, обработка и издание наблюдений, в том числе применение этих выводов для предсказания погоды».

В глобальном масштабе ничего не изменилось, вот только точность прогнозов увеличилась. Как признался Колесов, ошибки бывают, но они происходят не часто.

«Человек еще недостаточно хорошо изучил сложную и непредсказуемую атмосферу. Думаю, даже через 100 лет мы не сможем прогнозировать погоду со стопроцентной точностью. Особенно это касается таких опасных явлений, как смерчи, ливни, грады. Это самое трудное прогнозирование. Сейчас точность наших прогнозов составляет 90 процентов и выше».

В качестве примера непредсказуемости природных явлений синоптик привел движение атмосферного фронта. Он нередко приносит ветер, шквалы и дожди. Его приближение рассчитать достаточно сложно.

«Прогнозируем дождь, например, подходит атмосферный фронт, все вроде верно рассчитали, а он дошел до Кронштадта и встал там. А в город не зашел. Почему? Ну, атмосфера такая. Вот не дошел он всего 30 километров до города и все. А потом, конечно, нас ругают или байки вспоминают, что синоптики предсказывают погоду точно, но не вовремя»,  – вздыхает собеседник.

Как синоптики попадают под дождь

Правда, самым сложным в своей профессии главный синоптик города считает не капризы погоды, а работу с журналистами.

«Решиться дать прогноз вашим коллегам, когда они спрашивают меня: «Александр Михайлович, а какой будет Новый год и когда наступит лето?» – вот что самое страшное и сложное. Прогноз – это научно обоснованное предположение, в котором всегда есть место для ошибки. Но отказать журналистам не могу».

Вот и сейчас Александр Колесов занимается вычиткой очередного интервью. Замечания есть почти всегда, но отношение к ним снисходительное.

«Иногда ко мне даже прибегают начальники отделов и показывают, как в очередной раз перефразировали мои слова. Вот прямо сейчас корректирую интервью и вижу заголовок – «Синоптики тоже попадают под дождь». Ну, да, сказал, что попадаю под дождь, но это не главное. И с этим уже невозможно бороться – нужны вам яркие заголовки, это понятно».

За неточность прогноза карали рублем

А вот для петербургского метеоролога Юрия Куткевича, который провел в Антарктиде несколько зимовок, самым серьезным испытанием стала изоляция в полярных экспедициях.

«Весь земной шар покрыт сетью метеорологических станций. В определенное время все они проводят метеонаблюдения. Чем больше станций и гуще сеть, тем больше нюансов можно заметить. Потом вся информация сводится в единые центры и анализируется. Наименее освещенными были и остаются такие труднодоступные места, как наш Крайний Север или Антарктида. Я ездил туда четыре раза. Всякий раз это полная изоляция и оторванность от семьи на полтора года».

Специалист также вспомнил, за что в советские времена метеорологов лишали премий.

«Точность каждого прогноза, который включает температуру, скорость и направление ветра, осадки, тогда оценивалась в процентах. В конце месяца подводили итоги. Если какой-то параметр не оправдывался, назначался разбор неоправдавшегося прогноза. Постфактум надо было доложить коллегам, в чем ты ошибся и где недосмотрел. И определенный процент ошибок наказывался лишением премий. Но деньги не главное: перед коллегами стыдно было».

Метеорологи могут все – от составления прогнозов погоды до работы на полярной станции. А вот мы, обычные люди, уже не выходим на улицу и не строим планов, пока не узнаем, какая нас ждет погода. Вот такой вот важный, оказывается, для всех сегодня день.