Яндекс.Метрика
  • Марина Бойцова

Коронавирус не отнял у доноров костного мозга желание помогать

Из-за пандемии донорам костного мозга не прилететь к своим потенциальным реципиентам из других городов и стран. Однако фонды продолжают работать и регистры пополняются с помощью тех, кто хочет помогать и спасать жизни – ведь когда-нибудь карантин закончится, а людям совсем некогда ждать
Фото: из архива

Любовь Белозерова стала одним из первых в Петербурге доноров костного мозга. Сейчас спасенный ею мужчина жив и здоров, а сама Любовь работает координатором донорских акций в Национальном регистре доноров костного мозга имени Васи Перевощикова.

Донорская династия

Красивая молодая женщина родом из Луганской области. Ее донорская история – это история настоящей династии. Донорами крови были не только родители, но и дедушка – Почетный донор СССР, и даже почти все из ее многодетной семьи, в которой, кроме Любы, еще четыре сестры и два брата.

«Я с детства в окружении доноров и потому точно знала, что, когда вырасту, стану донором. Я помню, как мой дедушка раз в два месяца ездил в областной центр сдавать кровь и для всей семьи это всегда был особенный день. Бабушка готовила вкусный обед, накрывала стол, и потому даже тени сомнения не было, что быть донором – это очень хорошо, здорово и правильно», – рассказывает Любовь.

В 2005 году она приехала в Санкт-Петербург, начала работать медсестрой, потом поступила в университет, стала социологом. И все это время продолжала сдавать кровь, была волонтером. А спустя несколько лет, в 2011 году, узнала, что в НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии имени Р.М. Горбачевой набирают доноров костного мозга и есть реальная возможность спасти чью-то жизнь. Она сдала кровь на типирование, вступила в регистр, а через 2 года ей позвонили: нашелся ее генетический близнец.

«Донация произошла осенью 2013 года в той же «Горбачевке». Я знаю, что это мужчина, что сейчас он жив и здоров. А сама я решила полностью посвятить себя этой работе и стала работать в РДКМ (регистре доноров костного мозга)», – говорит Любовь.

Молодежь горит желанием помогать

Она так заражает своим позитивом и энергией, что все ее братья и сестры тоже сдали кровь на типирование. А значит, что, если когда-нибудь раздастся крик о помощи, каждый из них поможет спасти чью-то жизнь. И даже нынешняя пандемия не убивает в людях желание помогать.

«Я удивлена, что люди даже сейчас постоянно звонят, пишут нам в соцсетях, хотят вступить в регистр, – рассказывает Любовь. – Общаюсь сейчас с девушкой с Дальнего Востока, из Благовещенска. Она прямо горит идеей развивать донорство костного мозга, активно привлекает народ, и, несмотря на то что сейчас все мы вынужденно ушли в онлайн, базы пополняются! За последние годы отношение людей к донорству костного мозга очень поменялось. Особенно заметно, что идет молодежь, идет очень осознанно. Молодые люди хотят знать об этом, хотят помогать, живут этими идеями. Это очень здорово, что люди даже в такое время становятся только лучше».

Как вступить в регистр

Напомним, доноры костного мозга нужны всегда, и сейчас тоже, когда доступ нуждающихся в пересадке костного мозга россиян к иностранным регистрам доноров закрыт из-за коронавируса, жители России сами находятся на самоизоляции и не могут пойти ни на станции переливания крови, ни в лаборатории, где проводится основная часть работы по рекрутингу доноров.

Клетки для пересадки нежелательно замораживать – это делает пересадку менее эффективной. Жизнь пакета с клетками – всего 72 часа. Человек может стать донором костного мозга только один раз в жизни.

В России созданием и развитием Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова занимается Русфонд. Чтобы хотя бы частично покрыть реальную потребность в пересадках костного мозга в России, в регистр надо привлечь еще сотни тысяч добровольцев в возрасте от 18 до 45 лет.

Справка

С 2013 года Русфонд формирует Национальный регистр доноров костного мозга. Он назван именем Васи Перевощикова, страдавшего острым лейкозом, для которого россияне всем миром собирали деньги на поиски донора костного мозга. Трансплантация была единственным спасением, он ждал несколько месяцев, но донора не нашли.

Закрыть