Яндекс.Метрика
  • Игорь Гурфинкель

Экс-хоккеист СКА Кирилл Сафронов: «Михайлов кормил меня икрой»

Известный в прошлом игрок СКА, а ныне вице-президент хоккейной школы «Красная Звезда» в интервью «Петербургскому дневнику» рассказал, в чем схожесть Барабанова и Кросби, почему он не боялся Бориса Петровича Михайлова и как проводил время с Ильей Ковальчуком
Фото: ХК «СКА»

– Кирилл, почему пришла мысль заняться детским хоккеем и создать частную школу? В Петербурге аналогов практически нет. 

– Надо для объяснения истории вернуться в 2014 год. У меня закончился контракт с хабаровским «Амуром». В личном плане сезон сложился неплохо. Разделил первое-второе места среди защитников-бомбардиров в команде. Но выступили неудачно, заняли последнее место без всякого шанса на попадание в плей-офф. Летом усиленно готовился к сезону, но предложений из клубов КХЛ не было. Плюс стало беспокоить колено. После медицинского обследования в Германии выяснилось: артроз коленного сустава.

– Играть с такой травмой нереально. 

– Можно, но раз в месяц надо делать инъекции суставной жидкости, со временем сустав может стереться больше. Выступать на высоком уровне было большое желание, усиленно тренировался, но предложения поступали из не самых сильных европейских чемпионатов. В то же время меня пригласили работать в роли хоккейного эксперта на ряд ведущих телевизионных каналов. В промежутках между тренировками получил лицензию хоккейного агента КХЛ. И одновременно мои хорошие знакомые, профессионалы в сфере развития детского хоккея в Петербурге – Валерий Афанасьев (известный детский тренер) и Игорь Солянкин (на тот момент владелец тренировочного центра «Гладиатор», где я проходил подготовку к профессиональным сезонам), пригласили к ним присоединиться. Они как раз занимались новым проектом – открытием катка в паркинге на Ириновском проспекте. В декабре 2014 года заработал хоккейный клуб «Красная Звезда», а уже в январе я вошел в состав его учредителей.

– Успехи у команды уже есть? 

– Первой у нас команда была 2005 года рождения. К нам пришли ребята, которые не попадали в топовые клубы города, мы сразу заявились на чемпионат Ленинградской области, потом стали играть на первенство города. И вот уже 5 лет нашему клубу. В нем сейчас занимаются около 300 хоккеистов, группы набора с 4-5 лет до 14-15. Говоря о массовом спорте, не забываем и о результате. Есть у нас уже и успехи: команды 2008 и 2010 годов в восьмерке сильнейших, где играют сильнейшие команды города, в основном представляющие системы СКА или «Динамо». Команда 2008 года в прошлом году выиграла чемпионат «Золотой шайбы» в Петербурге и поехала на всероссийский финал в Сочи. Наша цель – чтобы как можно больше детей в нашем городе занимались хоккеем. Стремимся, чтобы наша школа стала системной. С недавних пор работаем по национальной программе «Красная машина».

– И тем не менее вы уже внесли свой вклад в развитие не только детского хоккея, но и национальной сборной. В вашей школе готовился олимпийский чемпион Пхенчхана петербуржец Александр Барабанов. 

– Один из столпов нашей школы Николай Леонидович Гришанов – специалист мирового уровня. Он был одним из первых, кто ездил в Америку, когда бодибилдинг у нас зарождался. Мастер спорта международного класса по тяжелой атлетике. Затем работал тренером по ОФП в «СКА-1946». Многие хоккеисты его знают и летом у нас готовятся. В том числе и Барабанов. Александр тренируется с дядей Колей, как мы его с уважением называем, несколько недель в году в межсезонье: готовится к сборам и регулярному чемпионату. Поэтому мы гордимся, что есть и наша частичка вклада в подготовку олимпийского чемпиона.

– В чем секрет Барабанова? 

– На высшем уровне я с Александром не играл. Но встречался с ним в ХК ВМФ, когда там восстанавливался после травмы. Помню, что он уже тогда был юркий, быстрый, сложно было с ним совладать, поймать на силовой прием. И техника у него такая своеобразная – его знаменитый «кораблик». Немного игроков во всем мире – пожалуй, Кросби в НХЛ и Барабанов в КХЛ, – кто этим элементом пользуются так здорово. Саша – крепкий парень, невысокого роста, но много работает над собой, никогда не останавливается. Видно, как он пашет летом. Ну и, конечно, стоит отметить его семью: у него еще два брата-хоккеиста. Отец, насколько я знаю, в войсках специального назначения служил. И воспитание с детства шло строгое: все братья очень дисциплинированные, работоспособные.

– Созрел Барабанов для НХЛ? 

– Я думаю, в ближайшее время, однозначно, ему стоит там себя попробовать.

– Вас ведь в свое время тоже называли «золотым мальчиком петербургского хоккея». В 16 лет вы уже дебютировали за СКА. Почему все-таки в НХЛ не получилось? 

– Может, рано уехал – особого опыта игры на высшем уровне еще не было. И время было другое. Выиграл молодежный чемпионат мира, задрафтовали в первом раунде, «Финикс» предложил контракт. В СКА особо не играл: сидишь на лавочке, и, если счет позволяет, в третьем периоде, может, выпустят на две-три смены… Вероятно, выше шансы заиграть были бы больше, окажись за океаном в сильной команде, но «Атланта» находилась на дне турнирной таблице.

– Где уже блистал Ковальчук... 

– Да, Илюха был звездой – сразу заиграл... Но я помню, в состав «Трешерз» поначалу попал, первые десять игр провел, и команда их успешно проиграла. После такой «серии» всех молодых отправили в «фарм». Может, от этого немного расстроился, требования к себе изменил, где-то недорабатывал...

– А расслабляться в НХЛ нельзя. 

– Да, там хоккейная индустрия – конвейер, игроки только так меняются. Драфт ведь каждый год идет. Нельзя ни в коем случае к себе требования снижать. Плюс в Северной Америке еще такая психология – тебя только хвалят: «Ты в порядке, все хорошо». И ты думаешь, что вся карьера впереди, будешь еще в НХЛ…

– В «Атланте» вы сдружились с Ковальчуком и Вячеславом Козловым. 

– Да, мне Козлов тогда казался таким суперветераном, а ему было 32 или 33 всего. Слава и Илья относились ко мне очень тепло, да и вообще, все русские ребята в НХЛ и АХЛ держатся вместе. Когда команды приезжают в гости, стараются выбраться в ресторан, вместе поужинать. У Козлова уже семья была, часто приглашал к себе в гости. Вечерами собирались и играли в лото: я, Илья и Слава.

– В 2005 году вы вернулись в СКА, но перезапустить карьеру удалось только при Барри Смите. 

– Да, согласен. Подписал контракт со СКА в 2005 году, но не было у нас какого-то результата командного. Болтались на уровне 12-13-го мест. И сам я уже не выглядел тем защитником, которым когда-то собирался быть, – топового уровня. Но Смит в меня поверил и первый сезон с ним – один из лучших в моей карьере. Зимой к нам пришел Каспарайтис, с которым я в итоге и играл в паре. Перезапустил карьеру, набрал рекорд среди защитников СКА по набранным очкам за всю историю. Правда, через год мое достижение перекрыл Сергей Зубов.

– В плей-офф только команде Смита не везло… 

– Зато он дал такой импульс СКА, который до сих пор ощущается. Мы тогда добавили, в «регулярке», кажется, седьмое место заняли. Бились с «Локомотивом» в первом раунде. Могли пройти. И с каждым годом команда становилась все лучше и лучше. Правда, в плей-офф действительно по каким-то причинам не получалось далеко пройти. Но в итоге СКА стал одним из лидеров КХЛ. 

– Именно при Смите началась невиданная для нашего хоккея демократия. Наверное, большой контраст был еще и с жесткой диктатурой в начале вашей карьеры – при Михайлове.

– Да, но тут многое и от профессионализма игроков зависело. Очень крутые ребята тогда играли в СКА – Яшин, Чаянек, Сушинский, Максим Соколов, Брылин... Многие выступали в НХЛ, привыкли к североамериканскому подходу, и за ними не надо было стоять со свечкой или загонять на базу ночевать. Ну, и молодые ребята брали пример с ветеранов.

– Система сработала? 

– Да, не помню, чтобы по дисциплине возникали вопросы. Конечно, у Барри и подход был другой, и тренировки. Многое он поменял… Американец буквально жил на катке и просматривал все матчи, включая СКА-2. Детской школой даже успевал интересоваться. Консультировал, давал советы, как это выглядит в НХЛ и как все можно изменить…

– Начинали в СКА вы еще школьником, в 16 лет. Михайлова в команде многие боялись, вы тоже? 

– Борис Петрович никогда ко мне жесток не был. Как и к другим молодым игрокам – Егору Михайлову, Косте Горовикову, Илье Горбушину. Наоборот, относился по-отечески. Доверял. Мне кажется, это миф, что его все боялись.

– Шутки Бориса Петровича понимали? 

– Конечно, шуток-прибауток было много. Но больше запомнилось, что Борис Петрович мне всегда на обеде какой-нибудь лишний бутерброд с икрой давал, как молодому: чтобы рос и витаминами подпитывался. Михайлов в моей карьере – один из главных тренеров, дал путевку в большой хоккей, за что ему большое спасибо.

Закрыть