twitter Created with Sketch. vk Created with Sketch. facebook Created with Sketch. Light Created with Sketch. exclusive Created with Sketch. right-arrow copy Created with Sketch. Shape Created with Sketch. Rectangle Created with Sketch. Artboard Created with Sketch. full Created with Sketch. 733614 copy Created with Sketch. 118731 Created with Sketch. accept-circular-button-outline Created with Sketch. fail Created with Sketch. Shape Created with Sketch.

Статья

Seven Eight Band: для этно-музыканта не важна национальность

Seven Eight Band: для этно-музыканта не важна национальность
Автор: Предоставлено организаторами

В преддверии концертного марафона в Шереметевском дворце – Музее музыки звезды этнического фестиваля «Музыки мира» рассказывают о себе всю подноготную. Идеолог новых московских звезд этно-музыки – Seven Eight Band – Вардан Каримян убежден: национальность для этно-музыканта не важна. Главное – личность.

– Вы называете себя автором идеи проекта Seven Eight Band. А сами в нем не играете?

– Я вообще не музыкант и в ансамбле позволяю себе играть в одной-двух композициях, не больше. В детстве немного занимался на фортепиано, потом у меня появилась музыкальная станция, на которой можно было писать и аранжировать музыку, раскладывать ее на партии, – я этим увлекался для себя. Даже выиграл конкурс на саундтрек к фильму о карабахской войне, который снимался по заказу армянского Минобороны. Но потом ушел в армию, занялся совсем другими вещами. Уже живя в Москве, решил брать уроки игры на дарбуке – зов крови, наверное. Этому восточному ударному инструменту 3 тысячи лет, из него вышли армянская, арабская, турецкая традиции… Я брал частные уроки у известного перкуссиониста Андрея Танзю, которого нашел по объявлению. А Андрей таскал меня с собой на дружеские концерты в разные арт-кафе. Так я познакомился с невероятными музыкантами, которых не услышишь на радио или по телевидению, их имен нет в популярных чартах. Недавно Геннадий Лаврентьев и Олег Маряхин признались: услышав от меня предложение собрать супер-этно-группу, которая завоюет весь мир, подумали, что я больной. Все же занятые люди, у всех миллион других проектов. Даже после выдающегося дебютного концерта в Центральном доме художника в 2014 году ребята, кажется, не верили, что все получится.

– Теперь-то верят?

– Что значит «верят»? Теперь так оно и есть. Seven Eight Band – лучший в России этно-ансамбль. По крайней мере так решило международное жюри Russian World Music Award – 2017. Мы получили Гран-при, нашу музыку крутят по радио в Норвегии, Британии, в испаноязычных странах.

– А на российских радиостанциях?

– Мы туда свои треки и не отсылали. Думаю, крутили бы, если найти станции, которые вещают не попсу и русский рок.

– Может быть, джазовые радио?

– Нас называют этно-джазовым проектом, но это неправильно. У нас нет ничего от джаза. Ни стандартного «квадрата» гармонического, ни синкопированных ритмов. Критики слышат длинные сольные импровизации и думают, что это джаз. А это просто народная музыка.

– Народную музыку обычно не играют на саксофоне, кларнете, с ударной установкой.

– Это народная армянская, балканская, сербская, болгарская музыка, как она живет сейчас – с современными инструментами, в современном человеке с его нынешним слуховым опытом, мыслями и чувствами. Впрочем, больше половины наших композиций – авторские сочинения Дмитрия Игнатова, Геннадия Лаврентьева и Норайра Барсегяна. И у всех – разные, но очень глубокие и интересные музыкальные пристрастия. Митя Игнатов (арабская лютня, бузуки, кавал) всегда любил и изучал средиземноморскую музыку – от средневековой до современной. Гена Лаврентьев (скрипка, безладовая гитара) больше склонен к Индии: он прожил там 10 лет, записал с индусами два альбома. Дмитрий Симонов (бас-гитара) играет в поп-группах, у Петра Налича, для себя пишет классическую симфоническую музыку, при этом 10 лет изучает армянский язык и историю. Петр Талалай (ударные) интересуется как раз современным джазом. Да и Антон Кончаков (бас-кларнет) со своим консерваторским образованием использует джазовые элементы в соло. При этом мы не сборная команда виртуозов. Совсем наоборот, наша сила – в слиянии разных источников, во взаимопонимании, в общей идее. Ребята говорят, что только в Seven Eight Band они играют именно то, что сами хотят.

– Так в чем состоит ваша идея?

– Мы транслируем свое собственное, глубоко личное понимание средиземноморской и армянской народной музыки, не ограничиваясь никакими стандартами, привычными подходами и стилями. При этом изначально в центре совместного творчества музыкантов – дарбука. Это необычно: перкуссия всегда воспринимается как приправа или аккомпанемент, а у нас это ведущий голос. Так пошло с самого начала: на дебютный концерт мы пригласили знаменитого турецкого дарбукиста Мисирли Ахмета, который записывался со Стингом, Закиром Хусейном, другими звездами world music. Он несколько недель жил в Москве и сыгрывался с нами, теперь обязательно зовем его раз в год.

– Я бы сказала, что необычен сам факт: вы, армянин, приглашаете турка, словно забыв о трагической истории взаимоотношений Турции и Армении.

– Это история отношений государств, а не народов. Геноцид 100 лет назад устроило турецкое правительство. Иные турецкие чиновники на уровне мэров городов отказывались депортировать армян, простые турки спасали их. Конечно, в любой стране всегда хороших людей меньше, чем плохих, но прадед Мисирли Ахмета, может быть, спас кого-то из моей семьи, кто знает… Кстати, мы давали концерт с Мисирли Ахметом в Ереванском оперном театре, и вы бы слышали, как армяне аплодировали турку и всем нам. В этом суть: Мисирли Ахмет – блистательный музыкант, человек мира, обладающий своим собственным, оригинальным стилем. Музыканты Seven Eight Band – русские и армяне, которые играют средиземноморскую музыку так, что почерк наш узнается сразу. Разделять или оценивать нас по национальности в паспорте совершенно ни к чему, ставить вопрос национальной принадлежности в сфере искусства – занятие в целом бессмысленное. В музыке, как и в повседневной жизни людей, важна не национальная, а творческая политика. Только ею мы и заняты.

  • Текст
  • Ольга Комок