Яндекс.Метрика
  • Ирина Тищенко, Игорь Федоров

Главный архитектор Петербурга: «Город постепенно растет во всех направлениях»

Председатель Комитета по градостроительству и архитектуре Владимир Григорьев рассказал «ПД» о том, как будет застраиваться город в ближайшее время и какие новые достопримечательности сможет показать всему миру Петербург XXI века.
Фото: Дмитрий Фуфаев


Председатель Комитета по градостроительству и архитектуре Владимир Григорьев рассказал «ПД» о том, как будет застраиваться город в ближайшее время и какие новые достопримечательности сможет показать всему миру Петербург XXI века.

– Как сегодня развивается город?

– В соответствии с принципом позитивного консерватизма. Мы не принимаем радикальных решений, которые бы в корне меняли или опровергали принятые ранее. Город развивается «интровертно», поскольку Петербург находится в границах Ленинградской области.

– Какую часть города вы бы назвали самой развивающейся?

– Город постепенно растет во всех направлениях. Мощного рывка на юге, который предполагает город-спутник Южный, пока не происходит. Существенного развития намывных территорий Васильевского острова на западе тоже нет. Город осваивает свободные земельные участки постепенно, в основном в интересах частных инвесторов.

– Это преимущественно жилое строительство?

– Да, однако в прошлом году на 3,5 миллиона квадратных метров жилья было сдано 3 миллиона квадратных метров нежилых помещений, строится много спортивных объектов. К сожалению, жилые комплексы, несмотря на существенные территории застройки, не демонстрируют сегодня качественного роста в плане применения новых архитектурных решений и развития комфортных условий проживания.

– Сейчас город готовит новый Генеральный план. Каким он будет?

– Консервативным, с соблюдением принципов преемственности, ведь наш город во многом уже сформирован. В новом документе мы бы хотели получить ответ на вопрос о рациональном использовании промышленных территорий, рекреационных и жилых зон в соответствии с существующими и прогнозируемыми потребностями. Это значит, что мы ждем от Комитета по промышленной политике и инновациям концепцию развития производственных сил – какой это будет тип производства, вредное оно или нет, планируется ли специализация. Иначе мы должны предусматривать универсальные производственные зоны. А чтобы планировать объемы жилья, мы должны знать прогноз численности населения.

– И в соответствии с этими данными планировать размещение социальных объектов?

– Очевидно, что город не может успеть со строительством детских садов и школ с появлением каждого нового дома. И, наверное, было бы понятно и справедливо, если бы город планировал возведение этих объектов в рамках своего бюджета, а все, что строится с опережением, сопровождалось бы развитием социальной инфраструктуры внутри самого инвестиционного проекта.

– То есть ответственность перекладывается на застройщика?

– Если застройщики опережают планы города, то такая ответственность вполне разумна.

– Новые кварталы – это еще и транспорт. Станции метро «Зоопарк» и «Шуваловский проспект» – в далекой перспективе, но город уже сегодня занимается проектами планировки территорий для их размещения. Зачем?

– Эти проекты делаются для того, чтобы территория была свободна до момента начала строительства станции. Губернатор Петербурга Георгий Полтавченко поставил перед нами задачу избежать ситуаций, когда строительство метро сопровождается выкупом участков, которые по каким-либо причинам были переданы в частную собственность (в законном порядке). Государству приходится выкупать их обратно, что чревато затратами, иногда даже большими, чем доходы, получаемые от продажи или аренды таких участков. Земля резервируется не только для самих станций, но и с целью создания условий для будущего строительства. Часто работы ведутся в стесненных условиях из-за того, что прилегающими землями уже распорядились.

– После того как был построен стадион на Крестовском острове, стало ясно, что в городе появился принципиально новый район со скоростной магистралью и «Лахта центром». Небоскреб разделил горожан на два лагеря. Как вы к нему относитесь?

– Мое отношение к данному проекту меняется. С одной стороны, меня вдохновляет идея размещения «Газпрома» в нашем городе. Петербург знаменит богатым культурным наследием, принадлежащим всей России. Конечно, мы – один из самых экономически устойчивых регионов в стране, но наш бюджет имеет свои ограничения. Петербургу нужны такие компании, и появление социально ответственного финансового партнера, заинтересованного в развитии города, – большая удача. С этой точки зрения строительство штаб-квартиры «Газпрома» – явление позитивное.

23 тысячи гектаров – общая площадь культурного наследия Северной столицы. По словам Владимира Григорьева, бывшая столица обладает огромным компонентом культурного наследия, бесчисленным числом исторических зданий, находящихся под охраной государства. При этом возможности бюджета не безграничны.

– А с другой стороны?

– Другое дело, когда речь идет об архитектуре. Правильно, особенно сейчас, показать, что мы можем построить самую высокую башню в Европе. Еще несколько лет назад, когда политическая ситуация была более спокойной, это могло быть воспринято только как желание продемонстрировать нашу техническую мощь. Сегодня это имеет большое патриотическое значение. Высотное, технически сложное здание – это, безусловно, позитивное явление. Хорошо ли, что «Лахта центр» оказывает влияние на исторические панорамы? На мой взгляд, вопрос спорный. Но я считаю, что одно здание не может сильно повлиять на город. Париж выдерживает башню Монпарнас, а Лондон – небоскреб Мэри-Экс сэра Нормана Фостера.

– Район, сформировавшийся вокруг нового стадиона, называют Петербургом XXI века. Вам как главному архитектору он симпатичен?

– Безусловно, это сильный толчок для развития всего города и региона. Три новых современных сооружения формируют новый морской фасад, новое лицо города. С воды открывается очень эффектный вид.

– Возможно ли повторение такого района, но уже в другом месте города?

– Талант есть чувство меры. Мне кажется, в Лахте не должно быть кластера высотных зданий, этим мы можем нанести существенный вред исторической панораме. В других местах – весьма возможно с учетом соблюдения охранного законодательства.

– И невозможно не спросить про еще один грандиозный проект – новый Музей обороны и блокады Ленинграда. Вы были в жюри, какое впечатление оставили представленные работы?

– Напомню, что по итогам обсуждения жюри не смогло выбрать один проект-победитель. Было выбрано четыре проекта, в равной степени отвечающих задачам создания нового музея. Заказчику, АО «Центр выставочных и музейных проектов», было рекомендовано провести дополнительное обсуждение с блокадниками, жителями города и общественными организациями, продлить выставку и по итогам принять решение, какой проект будет реализован. Это распространенная практика, когда проект выбирает заказчик. Например, так было при реализации проекта здания Министерства торговли и промышленности 1912‑1915 годов постройки на набережной Макарова, 8. На конкурс было представлено 27 проектов, а заказчик выбрал проект архитектора Мариана Перетятковича, который не вошел в список премированных и даже не был в числе лидеров. В нашем случае тщательному анализу были подвергнуты четыре проекта и наиболее реализуемым и отвечающим всем задачам признан проект «Студии 44».

Я считаю, что Музей блокады – это проект нашего с вами века, нашего поколения. Он начнет реализовываться, когда "Водоканал" освободит свои территории, это будет после 2023 года. Музей станет первым шагом в создании невероятного по масштабу общественного пространства между набережной Невы и Шпалерной улицей.


Вы можете добавить "Петербургский дневник" в "Мои источники".

Фото: Дмитрий Фуфаев