twitter Created with Sketch. vk Created with Sketch. facebook Created with Sketch. Light Created with Sketch. exclusive Created with Sketch. right-arrow copy Created with Sketch. Shape Created with Sketch. full Created with Sketch. 733614 copy Created with Sketch. 118731 Created with Sketch.

Статья

Сменить костюм на облачение священника оказалось непросто

Петербуржец Владислав Капитонов отказался от перспективной работы в нефтегазовом кластере, чтобы служить Богу. Его выбор привел к серьезному конфликту в семье и полностью изменил его жизнь. Будущий священник рассказал "ПД", почему он отказался от обеспеченного будущего, и о нелегком пути к осуществлению своего желания. Сегодня он заканчивает обучение в Санкт-Петербургской духовной академии, но еще совсем недавно ему приходилось тайком пробираться в храм.

Довольно часто духовный путь выбирают дети священнослужителей. У вас в семье тоже был кто-то, на кого хотелось равняться? 

Я рос в любви и благополучии. Иногда ездили отдыхать за границу, вели совершенно светский образ жизни. Моя семья не религиозная, скорее даже наоборот. Особенно родственники по папиной линии с зубодробительным атеистическим воспитанием. Еще в старших классах школы у меня появились вопросы, на которые никак не получалось найти ответы. Это было некое размышление о том, зачем мы живем на этой земле, и понимание самого себя. Желание служить Богу приходит ниоткуда – объяснить это сложно, ты просто понимаешь, что это твой путь. 

Родители оказались категорически против. Они сказали, что это юношеский максимализм и со временем я изменю свое решение. По их совету пошел в светский вуз – Горный университет на специальность с длинным названием "сооружение и эксплуатация газонефтепроводов и газонефтехранилищ". Учился хорошо, в свободное время подрабатывал в сувенирном магазине. Однако все острее понимал, что мне это неинтересно, и сбежал в монастырь на Соловки. 

Зачем был нужен "побег"? Это похоже на импульсивное решение. 

С годами желание служить Богу только крепло, но родители не разделяли моего энтузиазма. В юные годы мы иногда приходили в храм, это было нормально, но когда я начал искать ответы на свои вопросы в церкви, это вдруг превратилось во что-то зазорное. Начались разговоры о том, что церкви доверять нельзя, мама и папа всерьез считали, что у них хотят отобрать сына. Они буквально были готовы костьми лечь у дверей, лишь бы их сын не ходил в церковь. Естественно, родители примерно знали, где я нахожусь, когда заканчиваются занятия и т.п. Увы, приходилось беззастенчиво врать: говорил, что иду гулять с друзьями, а сам шел в храм. Конечно, меня быстро раскусили, обстановка в семье накалялась, это очень тяжело. 

Мой побег был не эмоциональным порывом, я все спланировал. Заранее созвонился с игуменом монастыря, купил билеты на поезд и самолет: зимой до Соловков можно добраться только по воздуху. Несколько дней тихонько собирал необходимые для путешествия вещи. Уже с дороги позвонил родителям, сказал, что вернусь, но позже. Вернулся примерно через месяц. Восстановился в университете на бюджетное место. Конечно, я понимал, какие возможности открывает передо мной такая специальность. Все-таки работа в нефтегазовой отрасли приносит хорошие деньги, но это было не мое. 

Имея такое желание, вы могли бы тратить немалые деньги, например, на благотворительность. Разве нельзя оставаться христианином и делать благие дела, оставаясь вне службы в церкви? 

Примерно то же самое мне говорили родители. Это абсолютно логично, и в этом утверждении нет ничего неверного, но здесь есть чисто мое субъективное мнение. Предположим, ты работаешь в какой-то компании, занимаешься благотворительностью и стремишься помогать людям. Но такая работа ни к чему не обязывает тебя морально. Да, ты можешь оставаться христианином, быть хорошим сотрудником, но однажды перед тобой окажется некий моральный выбор, и как сотрудник организации ты должен быть на ее стороне. Не факт, что в этот момент нужды компании могут оказаться благими. Другое дело – служение в  церкви: если ты хочешь быть хорошим, то ты обязан им быть. Понимание, кем ты должен быть, что должен олицетворять, – это нелегкий груз, который ты принимаешь на себя. 

Как вы видите свое будущее – готовы вести паству за собой? 

Не согласен с тезисом, что священник должен "вести людей за собой". Священник ведет не за собой, а ко Христу. Митрополит Антоний Сурожский говорил, что священник должен стать как прозрачное стекло, чтобы не заслонять собой Христа. Он должен указывать на Бога и корректировать какие-то ошибки, но вести не к себе или за собой. 

Все же почему родители явно не рады вашему выбору? 

Как мне кажется, это происходит потому, что они слишком мало знают о христианстве. Вроде есть понимание, что церковь – не секта, но при этом из-за незнания они боятся практически всего. После моего поступления в Духовную академию отец сказал, что у него больше нет сына. Прошло несколько лет, иногда мы общаемся, но этот конфликт до сих пор остался рваной раной в моей душе. Для родителей ты всегда остаешься малышом, они хотят, чтобы ничего не менялось, но вместе с тем приходит понимание, что это невозможно.

  • Текст
  • Андрей Сергеев